Проклятие короля

 – Маги из боевой четверки не могли не заметить засаду!

– У разбойников был иллюзионист…

– Тогда понятно… – пробормотал маг и, сгорбившись, уставился в пол. Заплакать у меня не получилось. Так же как и прикрыть веки – я, не отрываясь, смотрела на брата и ждала продолжения рассказа. А он почему-то молчал. Поэтому заговорила я:

– Ну, и что собираешься делать, Лагар?

– С утра возьму три десятка воинов, эрра Стрега и эрра Гвилла, и уеду в Наргин… – не глядя на меня, ответил брат.

 – Тело отца уже там. Распоряжусь, чтобы его перевезли сюда, а потом найду этих тварей и… отправлю их к Темному Жнецу…

– Простите, что вмешиваюсь, ваша милость, но воинов желательно брать побольше: говорят, что разбойники из предгорий Ледяного хребта не боятся ни короля, ни Создателя, ни Темного Жнеца[43 - Ни Создателя, ни Темного Жнеца – соответствует нашему «ни Бога, ни черта».]. А еще берегитесь иллюзиониста – если его уровень выше второй категории, то он… Хотя против Огнива и Умника…

– Иллюза уже нет… – скривился Лагар.

 – Его зарубил Молчун. Так что там – одна пехота…

– А… сам Крегг? – спросила я.

– Выжил только Щетина… – вздохнул брат. – И тот непонятно как… Ладно, Мел, я пошел собираться. Когда вернусь – не знаю. Присмотри за замком, ладно? И… выздоравливай…

– Присмотрю… – пообещала я. А потом, сжав кулаки, добавила: – А ты найди их… И убей… Как можно медленнее…

Глава 10

Крегг Молчун

Холодный порыв ветра, ворвавшийся в открытую настежь дверь, пах мокрой овечьей шерстью и навозом.

А еще свежескошенной травой и почему-то земляникой. Я открыл глаза, прислушался к звукам, доносящимся до меня снаружи, и вздохнул – там, за стенами кошары, шел дождь. А значит, появления проклятой Темным Жнецом знахарки надо было ждать еще как минимум сутки.

Мрачно покосившись на свою изуродованную левую руку, я скрипнул зубами и еле удержался от стона – заныли обломки сломанных зубов, рассеченная прикосновением чьего-то клинка щека и обрубок уха.

«Живой труп…» – мрачно подумал я. И замер – сквозь блеяние овец до меня донесся донельзя раздраженный незнакомый женский голос:

– …сначала загони овец!

– Мрак! Ну, и что же ты стоишь? – тут же заорала Марыська и щелкнула бичом.

«Добралась?» – подумал я и с надеждой уставился в серую пелену дождевых струй в дверном проеме.