Дорога к искуплению

– Кто о них не слышал, – ответил Бэрвин и, покопавшись в глубинах памяти, добавил: – Из пера громовой птицы, можно сделать легендарные Копье Ледяного Вихря и Щит Северной Стужи. Только настоящий герой достоин, обладать таким оружием. Жаль, что водятся они только на Серебристом хребте.

– Точно, – согласился северянин и, подмигнув товарищу, продолжил. – Я слышал, что недавно одну видели на Звездном пике.

– Ты шутишь?! – широко раскрыв глаза, воскликнул Бэрвин.

Звездный пик, был одинокой горой, здесь на побережье пролива.

Он был очень и очень высоким. Его и называли Звездным, потому что казалось, что его вершина, задевает за небосвод, и легко может прикоснуться к далеким светилам.

– Не шучу, – воровато оглядевшись, прошептал Хагард. – Проверить бы нужно, правду ли болтают.

– Четыре дня туда, четыре обратно, да еще в гору неизвестно сколько, – рассудил дворф. – Меня отец не отпустит.

– Меня тоже, – согласился Хагард. – Да только мы их спрашивать и не станем.

– Как это? – не понял Бэрвин.

Дворф и представить себе такого не мог, что он может уйти из дома не то, что на несколько, а хотя бы на день, без разрешения отца.

– Ну, ты же сам сказал, что твой отец с Чексидом, скоро уедут. Ты же опять у нас жить будешь, – терпеливо пояснил северянин.

– Это верно, – растерянно пробормотал дворф, все равно не понимавший к чему клонит Хагард. – А твой отец, как же?

– Они с матерью скоро в Датпсвич собираются, там какая-то кузина их в гости зовет, я упрошу отца, чтоб оставил нас в деревне.

– Думаешь, оставит? – с сомнением покачал головой Бэрвин.

– Он меня уже совсем взрослым считает, – сказал, добродушно усмехаясь Хагард. – Оставит. Уговорю как-нибудь. Что-нибудь придумаем.

– Эх, мой бы отец так ко мне относился, – вздохнул дворф, и похлопал себя по телу руками. Работать в полушубке было комфортно, но вот стоя на одном месте, он начал подмерзать, мороз все-таки был нешуточным.

– Ну, так что? Ты со мной? – таинственным голосом спросил северянин.

– Еще бы! – тут же, так, словно только и ждал этого вопроса, подтвердил Бэрвин.

Всю дорогу до дома, заговорщики, очень довольные собой, хитро переглядывались, подмигивали и ухмылялись друг другу.

Впервые за все время, сколько себя помнил, Бэрвин ждал с нетерпением дня, когда отец и дядя Чексид соберутся ехать за море. Обычно было наоборот. Обычно он молился, чтоб время текло помедленнее, ему всегда очень не хотелось расставаться с отцом. Но только не в этот раз.