Источник зла

– Не ври! Какая от тебя помощь?

– А кто тебя через болото провел? Ась? Сам бы сразу утоп, а я тебе дорожку указал. Как бы теперь об этом не пожалеть. Охотники они опасные и злопамятные, открытую воду не любят, но могут меня из-за тебя навестить, когда засуха начнется, и островок с лесом перемычкой соединится.

– Если не врешь и, действительно, меня выручил, благодарю. За мной не заржавеет – отдарюсь.

– Конечно, отдаришься. Деваться-то тебе некуда.

Мишаня снова усмехнулся, и в этот раз его усмешка показалась мне злой, а удавка на шее еще немного затянулась.

Однако я не обратил на это особого внимания, понятно, что передо мной какой-то таежный экстрасенс. Не дернешься. Разбираться с этим надо, но не прямо сейчас. Необходимо дождаться удобного момента и не прозевать его, а пока я задал новый вопрос:

– Выходит, Охотник не один?

– Их много. В своем мире, в нижнем, сильным духам скучно и голодно. Поэтому они выходят на охоту, жрут все, до чего дотянутся, и мясом обрастают. В вашем мире у них сил мало, тянут жизненную энергию по мелочи с тех, кто защиты не имеет, и с шаманами договариваются, если общий интерес найдут.

А у нас, между мирами, им раздолье. Давно бы все вокруг вымерло, да хорошо, что срок пребывания абасов в наших краях недолог. Ну да ладно, то все неважно. Давай поговорим, как ты со мной за спасение расплатишься.

Он замолчал, явно, ждал моего вопроса, и я поинтересовался:

– Ну и чем же я могу тебя отблагодарить?

– Поделишься жизненной силой. Что немаловажно – добровольно.

Мне ведь тоже питаться надо. Как говорится – не хлебом единым жив человек, а я так вообще полукровка. Но ты не беспокойся, я не такой жадный как Охотники. Много не возьму, отщипну кусочек, чтобы на пару лет хватило…

– Сдурел что ли?! Да кто ты такой?!

Легкий рывок удавки на моей шее, слабина и спокойный ответ Мишани:

– Можно придумать красивую сказку, что я зачарованный принц, который ждет на этом острове прекрасную принцессу. Но скажу правду. Я порождение этого мира, Ворон.

Мать была ведьмой, а отец дух из нижнего мира. Завис я между мирами. В ваш нельзя, мне там тяжко и муторно, долго не выдерживаю. А в нижнем окажусь, как и ты, только после смерти. Понял?

Проще всего было согласиться с Мишаней и я ответил:

– Да.

– Силой поделишься?

– А как это будет происходить?

Опять с лицом Мишани произошла разительная метаморфоза. Он заулыбался и стал выглядеть, словно добрый мужичок. Но лучше бы он этого не делал.