Источник зла

Мертвый ты мне не нужен, дохлятиной пусть другие пробавляются. Однако я свое все равно получу. Не в том объеме, как бы мне хотелось, но получу.

– Я все понял.

– Вот и хорошо.

Мишаня легко поднялся и, наблюдая за мной краем глаза, отошел в сторону. Покряхтывая, он нагнулся, приподнял одну половицу, и оказалось, что под ней тайник. Его руки зашарили под полом, и Мишаня стал доставать какие-то свертки, запечатанные кувшинчики и свертки бумаг. При этом он постоянно под нос бормотал что-то неразборчивое, а я за ним наблюдал и ждал удобного момента.

Пистолет далеко. Но в разгрузке нож и гранаты. Естественно, взрывать самого себя вместе с Мишаней в помещении я не собирался. А вот метнуть клинок мог, навыки имелись – спасибо суровому сержанту в учебке спецназа, который заставлял меня тренироваться при каждом удобном случае. Сколько лет прошло, а руки все помнят. Именно на это я сделал ставку, продолжал сидеть у стены и разминал правую руку, которая уже пришла в норму.

– Где же она… – недовольно пробухтел хозяин дома и острова, шаря под полом. – Ага! Вот она, моя заветная водичка…

Он вытянул из схрона крохотный стеклянный пузырек с мутной жижей, бережно стер с поверхности пыль и я почувствовал, что Мишаня отвлекся и удавка ослабла.

«Сейчас или никогда, – без колебаний решил я. – Главное – не делать резких движений и сохранять спокойствие. Все должно быть легко и непринужденно».

Правая ладонь опустилась на разгрузку. Нож приторочен слева.

Я отстегнул защелку и потянул клинок. Мишаня обернулся на звук выходящего из ножен металла и, удивленно приподнимая левую бровь, посмотрел на меня.

«Поздно ты спохватился», – подумал я, глядя на противника, и метнул нож.

– Ахр-х-рр! – на моем горле снова захлестнулась невидимая удавка, дышать стало нечем, я захрипел и уткнулся лицом в пол.

Еще немного и я мог потерять сознание. Однако снова пришло облегчение. Я поднял голову и увидел, что не промахнулся.

Клинок вошел Мишане точно в глаз, и он умер.

Пошатываясь, я поднялся. Подошел к мертвецу, пнул его голой ногой по туловищу и сказал:

– Мою жизненную силу захотел потребить, козлина? Хуев тебе полный тарантас, халявщик.

8.

Первый вопрос, который встал сразу, как только схлынула волна адреналина, был простым и незатейливым – как поступить с трупом Мишани? Сил у меня как не было, так и нет, не успел восстановиться.