Гром гремит дважды. Гамбит

И, что самое интересное, директор выказал полнейшее понимание того, о ком идёт речь. Сказал что-то вроде: «Я польщён такой честью, но я её не заслуживаю». А потом заявил, что со мной придётся ещё долго работать – и ушёл. Больше мы к этому разговору не возвращались, и никакой «работы», по сути дела, не было.

Я не сразу вспомнил об этом случае по одной простой причине: искренне верил, что чего бы там ни слышал краем уха директор Цюаня, при помощи главы клана мне удастся выяснить в разы больше. Однако Юн не помог мне практически никак, и пришлось сделать этот шаг назад.

Директор Ган переживал не лучшие времена. По моей просьбе его выкинули из Цюаня, и клан больше не брал его на работу. Тем не менее найти его сумели и привезти в отель – тоже. Даже если клан не имеет над человеком формальной власти, остаётся власть неформальная.

– Садитесь, – повторил я, увидев, что директор буквально оглоушен моим появлением и временно утратил связь с реальностью.

Он встрепенулся и сел за стол.

Этот стандартный гостиничный номер – небольшой, из тех, что именуются «эконом-классом», должно быть, использовался кланом Чжоу именно для таких вот «разговоров по душам».

Окно здесь было зарешечено, всей обстановки – обшарпанный стол и пара стульев. Стулья – крепкие, с подлокотниками. По следам на подлокотниках можно было сделать вывод, что предназначены они для цели вполне определённой.

Не знаю, успел ли директор осмотреть стулья. Но чувствовал он себя явно сбитым с толку, и это было хорошо.

Директор был одет в замусоленный, протёртый на локтях пиджак – остатки былой роскоши, а я – в новенький костюм, да ещё, поди, и от какого-то крутого бренда.

Я скинул пиджак, повесил его на спинку стула, сел. Заметил, что при лицезрении пистолетной кобуры у меня под мышкой глаза директора ещё больше вылезли на лоб. Потёр лицо ладонями, показывая Гану, что я устал. Что я устал в десять раз больше, чем он устал меня ждать. Проговорил:

– Прошу прощения за ожидание. Чай?.. Зелёный, чёрный?

– Н-нет, спасибо, – отозвался директор.

Бедный. Он понятия не имел, как со мной разговаривать. Вчера я был сопляком, которого он мог сожрать вместе с костями. Сегодня я стал кем-то, кто может карать и миловать, подчиняясь голосу из левой пятки. Ненависть, страх и растерянность гремучей смесью бурлили внутри директора Гана.

– Действительно, давайте уже быстрее покончим с этой ерундой, – кивнул я.

– Зачем меня сюда привезли? – резко спросил директор.

Это нормально.