Гром гремит дважды. Капкан

Этого хватит, чтобы навсегда забыть о зависимости. После этого ты отдаёшь мне все свои запасы клановых таблеток. И с тех пор – никакой дури. Ты не употребляешь ничего серьёзнее алкоголя. И уж тем более – не продаёшь. Если начнёшь продавать – однажды к тебе придёт кто-то вроде тебя. Понял?

– Да. Да, конечно, понял. Я ведь не дурак, – забормотал Ксиаози, не зная, куда деть взгляд.

– И ещё, запомни хорошенько. Обмануть меня ты не сможешь. Я чую эту дрянь, буквально. И если от тебя хоть немного напахнёт – на этом всё закончится.

Вот тебе самая главная заповедь, которую придётся соблюдать до конца жизни. Тебе это по силам?

– По силам… Конечно! О чём речь…

Я откинулся на спинку стула, «отпустил» пацана, позволил ему подышать спокойно. Пока непонятно, выйдет ли из него толк. Но в любом случае испытание он заслужил.

– Пока не принёс присягу, ты – сам по себе, Ксиаози. Можешь развернуться и уйти в любой момент. Вернуться к Хуа. Подумай.

Ксиаози поёрзал, откашлялся и, наконец, посмотрел мне в глаза.

– Я уже подумал, Лей. Сто раз подумал. Хочешь, чтобы я валил барыг – будет сделано. Хочешь, чтобы я этим гордился – буду. Всё, что угодно. Дай мне просто стать человеком, как раньше, и можешь смело идти со мной хоть на войну, хоть в ад.

Я кивнул и достал из внутреннего кармана куртки белый конверт. Положил его на стол.

– Здесь – имя и адрес. Этого человека мы уже предупреждали, но он снова занялся тем же самым. Это нужно прекратить. Сам реши, как это сделать. Можешь меня удивить, если хочешь.

Главное – результат. Этот человек больше не должен продавать дурь. Управишься – сообщи Джиану.

Ксиаози взял конверт и спрятал его в карман, не стал разворачивать тут же. Это мне понравилось. Действительно, для чего ему проявлять нетерпение? Ксиаози не местный. Ни имя, ни адрес ничего ему не скажут. Разберётся по ходу дела.

– Сделаю. – Ксиаози залпом допил чай. – Сроки есть?

– Неделя.

– То, что найду при нём?

– Не понял? – нахмурился я.

– Если он барыжит, при нём наверняка будет дурь.

Принести тебе или оставить полицейским?

Раньше такого вопроса никто не задавал. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

– Уничтожь. Если будет такая возможность. Смой в унитаз, в раковину – что-нибудь в этом духе. Главное, чтобы этот человек больше не занимался тем, чем занимается. И чтобы от тебя я не учуял даже намёка на то, о чём мы говорили.

Ксиаози встал и протянул мне руку. Вид у него был при этом совершенно дикий.