Гром гремит дважды. Капкан

И, едва оклемавшись, снова рвётся в бой. Причём, как ни расспрашивай, ответ один, в духе дебильного мультсериала: «Наркотики – это плохо», и на том точка. Нет, я, конечно, тоже сознаю, каким ужасным станет мир, если своей цели добьётся Кианг, а не я. Что я могу сказать по этому поводу? Миру, наверное, очень повезло, что я назвал Кианга своим врагом. При других обстоятельствах вряд ли мне бы даже в голову пришло начать партизанскую войну против зреющего тоталитарного режима.

Или Дэйю. Она выбрала для себя путь убийцы.

Когда Кианг приказал – она честно, раз за разом, пыталась меня прикончить. Откуда в ней теперь этот сверхгуманизм? Беспокойство за мою семью? За меня? Очевидный ответ, что она в меня влюбилась, отпадает сразу, тут что-то иное. И уж кто-кто, а она-то должна бы ненавидеть Кианга куда сильнее, чем я, и желать ему смерти. Но складывается такое впечатление, будто я тащу её вперёд за руку, а она вроде и не упирается, но и ногами почти не шевелит.

Войдя в дом, я остановился, как вкопанный. Навстречу мне вышла Ниу.

Радостная улыбка на её лице сменилась настороженным выражением, когда напоролась на мой взгляд.

– Ты рано, – пробормотала Ниу, пряча глаза.

– Да, рано, – подтвердил я. – Неожиданно, понимаю. Она опять была здесь?

– О ком ты говоришь? – удивилась Ниу.

Я открыл рот, чтобы высказать всё. Я опять чувствовал запах. Запах, которого в моём доме не должно было быть. Этот омерзительный смрад, который могло принести в дом только одно из известных мне существ…

– Да, о чём ты, Лей? – повернулся ко мне Гуолианг.

 – Никто сегодня не заходил. Я всё утро просидел на крыльце.

Я закрыл рот. Это ещё что? Заговор? Совсем хорошо. Ладно Ниу, ей простительно, но Гуолианг? Хотя он может и не знать про зависимость Наташи. Или вообще сочувствовать торчкам – они ведь несчастные жертвы, в отличие от производителей и распространителей.

– Сумка, – сказала Дэйю у меня за спиной.

Я обернулся.

– Что?

– Сумка Йи. Ты хранишь её дома.

Для Ниу это, наверное, прозвучало, как шифровка, после которой я внезапно успокоился.

Повернулся к ней, выдавил улыбку.

– Извини. Кажется, я немного устал. Отдохну сегодня…

Этого было достаточно, чтобы Ниу опять расцвела и умчалась в кухню что-то готовить. Мы пошли в комнату Гуолианга.

Сумка… Ну да, про сумку я забыл. Однако не похоже, чтобы запах, исходящий от неё, сшибал с ног уже на пороге. Наверняка Наташа опять заходила на чашку чая, голову даю на отсечение. Ну и что? Да, меня это бесит.