Холодные тени

 – Ты совсем рехнулась со своим блогом, Габ! Ты можешь забыть о нем хоть на месяц? Ну или езжай одна! Признай уже, что тебе плевать на меня!

«Дело говорит, – подумала Вероника. – Бред какой. Антарктида…»

– Антарктида… – вдруг тихо повторил Тимофей.

Он произнес это слово едва слышно, но все почему-то замолчали и посмотрели на него. А Тимофей будто бы в трансе смотрел куда-то в пустоту перед собой и продолжал бормотать:

– Огромное снежное и ледяное пространство… нет людей… только тишина… только пустота…

– Ти-и-иш?.

. – с опаской обратилась к нему Вероника. Все равно он бормотал на русском, так что только она могла его понять.

Тимофей встрепенулся, но не взглянул на Веронику. Он смотрел на Габриэлу, и его взгляд, его лицо выражали столько эмоций, что казалось, рядом с Вероникой сидит совершенно нормальный человек.

– Мне нравится, – сказал он по-немецки. – Отличная идея, Габриэла!

– Правда? – Габриэла слегка покраснела и улыбнулась.

– А ведь и впрямь неплохо, – пробормотал Вернер.

 – Менее удобное место для подбрасывания анонимок – поискать.

Вероника задохнулась от возмущения. Она перевела взгляд на Брю в поисках поддержки. Та выглядела так, будто на нее внезапно упал мешок с песком. Губы ее задрожали. Но когда они шевельнулись, то произнесли совсем не те слова, которых ждала Вероника:

– Хорошо, я согласна. – Смотрела Брю при этом почему-то на Тимофея.

Вероника постучала пальцем по экрану лежащего на коленях планшета, но тот и во второй раз перевел реплику точно так же.

25

Лоуренс сидел в чилийском аэропорту уже два часа, когда, наконец, объявили о приземлении рейса из Мюнхена. Лоуренс встал и принялся разминать ноги. Чем больше он ходил взад-вперед по душному залу, среди резких запахов пищи и неумолчной трескотни на испанском языке, тем сильнее в нем кипело раздражение.

Они должны были отправиться еще неделю назад. А теперь все будет впритык. Отпуск закончится на следующий день после возвращения. Ему придется сразу же, не успев отдохнуть, приступать к работе.

А Лоуренс ненавидел существование в таком режиме. Ему нужно было время на то, чтобы переключиться.

Лоуренс достал из кармана телефон, посмотрел время. Потом зашел на страницу Габриэлы. Самый свежий пост – вчерашний. Одна фотография: Габриэла стоит в своей старой комнате в доме матери, одетая в оранжевый комбинезон с эффектно намотанным поверх фиолетовым шарфом, в капюшоне, в темных очках с зеркальными стеклами.