Князь Барятинский 4. Операция «Кронштадт»

По моим прикидкам, это был её недельный заработок.

– Вот ведь настырный, – буркнула Мурашиха. – Ну гляну-гляну. Да только не надейся, что тебе чего расскажу! Лишь для спокойствия своего гляну.

– Всё, о чём прошу, – покладисто кивнул я.

Старуха положила руки на стол и замерла. Глаза её закатились, и я поёжился. Неприятное зрелище, как будто зомби на тебя таращится.

По комнате пролетел холодный ветер. Я резко обернулся, думая, что кто-то открыл дверь, но дверь была закрыта. В следующий миг загудела печка.

Я едва успел повернуться к ней, чтобы увидеть, как наружу вырывается пламя.

Я вскочил со стула, сжал кулаки, готовый к чему угодно. Пожар, как в театре? Хижина превратится в голема? Из подполья полезут гномы-каннибалы?

Что-то ударило в потолок, и на наши головы полетел мелкий сор. Казалось, там, наверху, кто-то ходит – большой и тяжёлый. Я мог по звуку проследить его путь. Вот он остановился над печкой, и я услышал его вздох. Звук, от которого по коже пробежал мороз.

Явилась из небытия цепь, обернулась дрессированной змеёй вокруг моей ладони, свилась кольцами на полу, готовая броситься в атаку по первой же мысли.

Но атаковать было некого.

Опять полыхнула огнём печка. На этот раз из неё вылетел изрядный лоскут пламени, остановился над столом, между мной и Мурашихой. В огне я увидел нечеловеческое лицо. Рот, раззявленный в беззвучном крике.

Видение истаяло спустя секунду, и тут завопила Мурашиха.

Она вскочила, схватила стол и одним движением швырнула его в сторону печки.

Заварочный чайник упал и разбился, горячий настой расплескался по сторонам, в воздух поднялся клуб пара.

– Ай-й-й-й-й! – тонким голосом запищала Мурашиха, схватившись за голову. – Ай-й-й!

Из носа у неё потекла кровь.

– Что с вами? – крикнул я. – Помочь чем?

Но бабку очевидно начало отпускать. Вернулись на место зрачки, руки опустились вдоль туловища. Сделав пару глубоких вдохов-выдохов, бабка посмотрела на меня так, будто я был демоном, явившимся из преисподней по её душу.

На всякий случай я убрал цепь, чтобы не пугать лишний раз прорицательницу.

– Помоги, – прошептала Мурашиха. – Помоги, княже… Никто больше помочь не сумеет.

– Что ты видела? – шагнул я к ней. – Убьют-таки Анну, верно?

Мурашиха внезапно расхохоталась, как будто её одолело безумие. Но смех так же быстро стих. Зато после него вернулся нормальный голос.

– Убьют, говоришь, – проворчала Мурашиха. – Там похуже будет.