Сансара. Оборот третий. Яйца Нимиры

Ну ладно, ладно, не так уж редко…

– Про пиво я тебе сегодня уже всё сказала.

– Блин! – завопил я. – Да ты совсем ополоумела, женщина?! Я должен бросить пить, жениться на яйце, отдать тебе браслет и, как следствие, моего дорогого любимого Шарля! И во имя чего всё это, а? Партнёрство пятьдесят на пятьдесят? Да я на русалках больше заработаю, чем с тобой!

– Ррррррусалки кррррррасивые, – подтвердил зачем-то ворон. Я на него покосился, но ничего не сказал. Хрен его знает, может, в его родном мире и русалки водились, я ж там недолго прожил.

Может, Гримуэль как-то и на русалках зарабатывал… Не хотелось бы узнать, как, конечно.

– А что ты предлагаешь? – Диана тоже начала кипятиться.

– Как, что? Берём оружие, бьём яйца, прорываемся к порталу…

– Оружие тебе дадут только после свадьбы. Поживи немного с Яйцериной, оставь ей приятные воспоминания.

– Так. Во-первых, я даже не очень понимаю, каким образом мне оставить ей эти самые воспоминания. А во-вторых, всё это гнусно. Я поговорю с Яйцериком. Не должно быть никакой дурацкой свадьбы.

– Костя. – Диана вдруг положила ладонь мне на руку. – Мужик умирает и хочет обеспечить будущее дочери. Он не подпишется по-другому.

– И что, я должен жениться, а потом свалить в закат?

– Именно.

– Это гнусно.

– Потому и говорю: тебе нужно менять мышление. В Сансаре иначе нельзя. Представь, как будто всё это… ну… компьютерные игры. Ну, ты ж не паришься, когда поиграл в одну игру, а потом переключился на другую, а потом в реале с кем-нибудь затусил?

– Хренасе, у тебя понятия, – возмутился я ещё больше.

 – Это, значит, когда ты меня на астероиде кинула, ты ко мне как к «боту» относилась?

– Угу, – немного смутилась Диана. – Меня так папа научил. Жестоко, но помогает крышей не поехать.

Н-да. И вот так мне предлагается изменить мышление. Твори любую хрень и забей на последствия, потому что всё фигня, кроме агентов Альянса. Да и агенты, если разобраться, тоже фигня.

– Было пару раз… – как-то уж совсем тихо сказала Диана, – когда я только так и выжила.

Всё повторяла себе: это не по-настоящему. Смотрела на эти рожи, и…

Момент глубокой откровенности закончился так же внезапно, как и начался. Диана резко мотнула головой и перевела дыхание. А я впервые задумался о том, что, вполне возможно, не в каждом приключении Диана была лихой сучкой на белом коне. Что жизнь её, вероятно, ломала куда круче, чем в наших с ней совместных «туристических поездках».

– Короче, – сказала она, глядя в сторону.