Сансара. Оборот второй. И пришёл Творец

– Гримуэль, – заорал я, – выбей дверь! Фиона! Филеас! Беги, дура!

Гримуэль направил жезл на дверь. Поправку на то, что рядом с ней стою я, видимо, не сделал.

Меня оторвало от крыльца и впечатало в дверь спиной. Вместе мы эпично улетели внутрь дома и на что-то грохнулись.

– Дебил! – гаркнула снаружи Диана. Мне или Гримуэлю – непонятно. Вероятнее всего, обоим.

Мгновение спустя мимо меня промчался вихрь в арестантской робе и взлетел по лестнице на второй этаж.

Я вскочил на ноги. Болели спина и затылок, но, вроде, ничего не поломал.

Сверху послышались вопли и топот, и через секунду по лестнице кубарем ссыпалась Фиона. Диана слетела вслед за ней, дёрнула за руку, поднимая. Рявкнула:

– Бежим!

– Стоять! – с лестницы свесился Иллиниор. – Мы вместе начинали этот путь, вместе и погибнем! – в руках он держал арбалет и целился в Фиону.

Я мысленно поклялся себе, что больше в этом мире без меча даже в туалет не выйду, ухватил что-то, подвернувшееся под руку, и швырнул в Иллиниора. Что-то оказалось увесистым цветочным горшком.

Горшок разбился о стену над головой оппозиционера. Голову засыпало землей и листочками. Иллиниор выстрелил непонятно куда, стрела воткнулась в потолок. Диана выпнула на улицу Фиону, вслед за ними выскочил я.

Над переулком красиво кружили три факела.

Гримуэль жезлом мутузил врагов: на ногах их осталось двое, обладатель кругляша и ещё один. Между факелов, выписывая шикарные восьмёрки, парил ворон и орал:

– Каррррррамба! Корррррррида!

Диана с разбегу огрела факелом кругляша.

Второму Гримуэль залепил жезлом в ухо. Оба врага, один за другим, повалились на землю.

Дом пылал. Из соседних домов выскакивали люди и орали что-то про пожар и водокачку.

– Бежим! – приказала Диана.

– А потушить? – напомнил я.

– А справишься? – Диана окинула меня оценивающим взглядом. Вероятно, откуда-то знала, как принято у мальчиков тушить затухающие костры.

– Да я-то чего? – обиделся я. – Чуть что, сразу Костя! Гримуэль, вон, здоровше меня. И пива больше выхлебал.

Гримуэль, ну-ка потуши костерок.

Гримуэль приосанился и вскинул жезл.

От дома, в мгновение обращённого в лёд, повалил дымище. Языки пламени сбивались и тухли на глазах.

– А сразу нельзя было так сделать?! – возмутилась Диана.

Гримуэль озадаченно развёл руками.

– Ясно, – сказала Диана. Развернулась и гордо пошагала прочь.

– Она даже не сказала, что с нами мучается, – прошептала Фиона. – Наверное, совсем обиделась. – Повернулась ко мне.