Сансара. Оборот второй. И пришёл Творец

Этот, похоже, вообще забросил лифт ради возможности лицезреть Фиону.

Фиона как раз ковыляла к ванной, слегка пошатываясь.

– Здравствуйте! – робко обратился к ней мальчик-лифтёр. – А я вам пива принёс.

На тележке и вправду стоял глиняный кувшинчик.

Фиона остановилась, медленно повернула голову и смерила тяжёлым взглядом сперва кувшин, а затем и самого мальчика.

– Алкоголь… Да ты знаешь, что от спиртного в год умирает полмиллиона человек?!

У-у-у… Понеслось. Самый унылый тип алкоголиков – это те, которые поутру трезвенники.

Я не горел желанием ни участвовать в этой сцене, ни смотреть на неё, поэтому, взяв Гримуэля за рукав, втащил его внутрь номера и спросил:

– Ты чего такой довольный?

Он и в самом деле сиял, как прожектор перестройки, посох так и вертел в руке.

– Настоятель ворона прислал! – воскликнул он. – Ритуал готовы провести уже сегодня. Поздравляю вас, госпожа богиня! Можем собираться.

Гримуэль поклонился Диане. Та лениво махнула рукой в ответ.

Я тоже не совсем понимал, что нам даст этот ритуал. В храм переедем? Так нас, как говорится, и в «Пятизвёздочном» неплохо кормят. Я ещё даже телевизор выбросить не успел.

– Вы станете подтверждённой богиней! – сказал Гримуэль, увидев, что мы не воспылали энтузиазмом. – Единственным божеством, ходящим по земле. Да после этого весь мир изменится!

Вот тут у Дианы в глазах что-то сверкнуло. Мне померещились значки доллара, но это, наверное, обман зрения, с похмелюги.

– Костя, – сказала она.

 – У меня для тебя исключительно хорошие новости. После ритуала, если всё пойдёт хорошо, расколдуем твою большую любовь.

– Что за любовь? О чём речь? – насторожился Гримуэль.

– А, – отмахнулась Диана. – Этот вчера познакомился с какой-то. Говорит, никому не даст, пока сестра-покойница не разрешит.

– Она не так говорила, – буркнул я.

– Угу, но ты так услышал.

Диана соскочила с кровати и пошла в ванную переодеваться. Я повернулся к Фионе, которую как-то выпустил из виду, и увидел картину маслом.

Фиона сидела на диване рядом с мальчишкой, положив руку ему на плечо и сжимая в другой руке кружку.

– В общем, не начинай пить, – услышал я слова, произнесённые тусклым, безжизненным тоном. – Не повторяй моих ошибок, юноша. Я-то уже человек конченый, а у тебя всё впереди.

– Ты вовсе не конченый человек! – горячо возразил юноша. – У тебя… У тебя вон хвост какой красивый!

– Любовь, – вполголоса протянул я.