Из животворящей капли крови 2. К мировому господству по скользким ступеням

Записываемые цифры номера телефона становятся крупнее в ее глазах, а из склонившегося над столиком тела высасывается жизненная субстанция. Пузырь жвачки, лопаясь, прилипает к её синеющим губам. Красивая кожа тускнеет на глазах. Девушка трясется в агонии и замирает в руках «стража закона».

Хитрая уловка с аэропортом дала немного времени. Они нашли их на пустом перроне метро.

Люба замерла возле стеклянных дверей. Ужас от увиденного расширяет глаза. Банальная любовь к конфетам Haribo спасает ей жизнь.

За стеклом внизу на перроне умирает ее семья.

Страшные люди действуют молча и быстро. Эхо от звуков борьбы забивает уши. Острые клыки рвут плоть. Жадные рты пьют родную ей кровь. Взгляд матери «кричит»: “Беги!” В ответ – беззвучный крик Любы.

Выход из подземки. Полночь. Свежий воздух. Стая голубей. Рассыпанный по брусчатке пакет конфет. Семьи больше нет. Одиночество. Ещё до конца не осознанное, но уже убийственное. Встречный ветер высекает слёзы из широко распахнутых глаз.

Сильная рука останавливает её.

Ужас сковывает тело. Взгляд жутких глаз перед лицом. В них непонимание. Любу обнюхивает человек с бледным лицом. Бледным, как в небе луна. Разочарование в тех же глазах.

Нет, не Haribo – вегетарианство спасает ей жизнь. Или даже стечение обстоятельств: этот клан «второсортных» предпочитал кровь плотоядных жертв. А Любины родственники – вообще заоблачное удовольствие для эстетов этой касты.

–

Они прощались. Навсегда. Разные по мировосприятию, пристрастиям и смыслу жизни. Случайно оказавшиеся в одной точке земли.

Прощались, как близкие. Близкими ставшие за одну ночь.

Ты друг, если не враг. Подобное разрушает устоявшееся социальное восприятие нескольких поколений. Ведь ты можешь быть не врагом, но и другом быть не обязан.

Струйки дыма погасших костров. Вкрадчивые лучи солнца сушат капли ночной влаги на листьях отдохнувших за ночь растений.

–Это наш новый проводник? – Саша разглядывает одного из «прозрачных», подведенного под руки воинами племени альбиносов.

–А где наш старый? – Александр зевнул в поисках глазами жидкости – сухость во рту невыносимая.

–Специи, которыми была приправлена его плоть, и сушат тебя в данный момент. – Владимир, улыбаясь, смотрел на кружащих по ту сторону водопада летучих мышей.

–Вряд ли я… кого-то ел!

–Ел и просил ещё, – Вера казалась посвежевшей лицом, – и уверял всех, что это относительно пригодный заменитель «знания»!

Александр нашёл подтверждение услышанного в кивке Саши.