Кондотьер Сухоруков

«Хоть, в горы к дикарям! Там и то спокойнее!» – повторяла она снова и снова.

Широкий Дуб огрызался, обзывал ее пустой дурой.

«Не гунди, как индюшка! Всё устроится – владыка мне подробно объяснил, как себя вести перед астеками, что говорить. Так что мы им глаза отведем. Ничего! Как-нибудь всё устроится – астеки ведь тоже люди».

Какалотцонтла сильно подозревал, что его отец вполне мог последовать совету матери. Только вот никаких сил не хватит, чтобы унести узлы со всем добром, что успел накопить Широкий Дуб, хозяйствуя на рынке.

А бросать его отцу очень не хотелось. Вот и согласился попробовать договориться с астеками.

Над Излучным одна за другой протяжно заревели трубы. Душа Волоса холодным камнем ухнула в самый низ живота. Неужели началось?.. Но он быстро понял, что трубят не с реки, а из Аграбы.

Значит, всё. Хуакумитла решил уезжать уже сегодня. И собирает всех, кто примет участие в бегстве в Крыло.

«А ведь я до последнего не верил, что это случится, – с горечью подумал медник. – Верил, что владыка передумает, что озарит его какая-нибудь чудесная идея… Всегда ведь раньше озаряла.

В конце концов, что Золотой Змей откроет глаза и прогонит детей Чужого…».

Хотелось развернуться и бежать к Серой Воде, чтобы проводить в долгий путь владыку, Облачного Деда, Главного мастера, своих товарищей…

«Нет. Не буду. Пусть уезжают!».

Глава 1. Тишина в моей голове

Гребаная весна! Тепло еще не пришло, а дожди уже зарядили. Здесь, в горах, весна противна, как нигде больше.

– Владыка, – робко раздалось за спиной.

Я опять сидел на облюбованном камне, замотавшись в двуслойный теплый плащ. С камня открывался манящий вид на скрытые утренней дымкой низины. Обернулся: Аскуатла в промокшей и утратившей привлекательность «фирменной» меховой шапочке смотрел на меня с плохо скрытой жалостью. Не могу его за это осуждать.

– Все готовы?

– Да, владыка. А еще снизу привели вестника.

Я встрепенулся.

– От Широкого Дуба? – Муравей кивнул.

Только четверо человек во всей Четландии знали дорогу к моим тайным лагерям.

Вернее, даже не к ним, а к месту встречи в юго-восточных предгорьях. Там постоянно дежурила пятерка белых, которая завязывала гонцу глаза, а после вела его вслепую к одному из двух нижних лагерей, которые прикрывали подходы к базовому лагерю. Там у вестника проверяли пароли, сверяли личность и уже только после этого вели в базовый лагерь… где я сидел на камне и сплинировал на камне, закутавшись в одеяло.