Кондотьер Сухоруков

– Значит, знаешь про лагерь! – вскинулся медник.

– Какой лагерь? – старательно изобразил недоумение крестьянин, и Волос понял, что всё запустилось по новому кругу.

– Послушай, ну, не успел я у отца узнать путь… Очень срочно всё случилось. Я важные сведения владыке несу…

– Кто это тут важные сведения владыке несет? – на тропе между узких лоскутов крестьянских полей стояла целая двадцатка лихих парней с меховыми хвостиками на головных уборах.

И каждого в руках было по мощному луку. Белое воинство!

– Я! – радостно закричал Воронов Волос.

 – Я несу! Пожалуйста, отведите меня в горы к владыке! У меня важные сведения…

– Ну, тогда тебе в горах делать нечего, – улыбнулся широколицый лучник. – Владыка скоро сам здесь будет.

– Как здесь? – опешил медник. – А почему?

– Мы идем Излучное отвоевывать! – радостно выкрикнул совсем молоденький белый и тут же получил подзатыльник от товарища.

– Значит, так, – остановил веселье командир. – Ты тут один?

– Один он, могучий воин! – влез в разговор крестьянин.

 – С раннего утречка приплыл на лодочке махонькой… И всё выпытывает у народа: где лагерь владыки? Где лагерь владыки? Но мы приказ помним: никто ему ничего не сказал.

– Ясно, – пресек двадцатник болтовню местного мужичка. – Значит, пока, парень, остаешься с нами. Придут командиры, мы о тебе доложим.

– Сюда придут? – всё еще растерянно спросил Воронов Волос. – То есть… То есть, вы, правда, хотите напасть на Излучное?

Белые многозначительно молчали.

– Послушайте… Это ошибка! Нельзя этого делать! Отведите меня к владыке! Сейчас же! – последние слова он уже кричал в отчаянии.

Двадцатник задумчиво жевал губу. Наконец, махнул стоявшим слева:

– Вы трое: берите этого парня и ведите его в горы. Вдруг и правда, что важное. Быть бдительными и глаз с него не спускать!

– Обижаешь, командир!

И они побежали в горы. Сначала мастеровому казалось, что они бегут слишком медленно, он всё хотел их поторопить. А через некоторое время уже мечтал перейти на шаг. Но белые, даже не сбив дыхание, продолжали бежать легкой трусцой.

Приходилось хрипеть, сипеть, но подстраиваться под них.

Горы еще толком не начались, как в узкой лощине, им навстречу вышло войско. Длинная кишка воинов втянулась в узкую тропу, они шли тесно, где по двое, где по трое, но конца и краю этой змее, укрытой в панцирь щитов, видно не было.

Его конвоиры, наконец, перешли на шаг.

– По склону обойдем, – решили они, и четверка двинулась прямо по торчащим камням.