Нагибатор Сухоруков

Атотола понимал, что Конецинмайле даже смысла нет бить толстяка. Слишком мало силы будет в ударе, так что нужно искать другой способ. Наконец, здоровяк решил перейти к активным действиям. Хорошенечко отведя руку (нет, лапу!) назад, он с уханьем обрушил свое оружие на щуплого врага. Однако Дитя Голода среагировал моментально: резко присел, сохраняя обе ноги на бревне, и мешок с песком пролетел над его головой. Излучинец вложил столько силы в удар, что его невольно повело вслед за оружием, и толстяк слетел с бревна сам.

Победа оказалась быстрой и на удивление легкой.

– Да! – радостно заорал Пеликан, неожиданно сильно увлекшийся этой борьбой.

Для следующего испытания черные прямо на земле площади начертили более двух десятков больших кругов. Новой задачей стало вытолкать, выкинуть соперника за границу круга.

«Вот, наверное, сейчас толстяк кусает локти, – усмехнулся князь. – На этом испытании ему бы не было равных».

Победителей первой игры снова поделили на пары, и против Конецинмайлы оказался четланин заметно постарше.

Он не выглядел толстым или атлетичным, скорее, наоборот. Но зато был намного выше, чем Дитя Голода. Даже выше Атотолы.

Соперников загнали в круг и дали сигнал к схватке. Четлане сначала кружили на расстоянии, оставаясь на противоположных концах круга. Выставив руки перед собой, они пытались поймать противника на ошибке. Наконец, долговязый решился на сближение. Используя длину своих рук, он потихоньку загнал паренька к краю круга, а, когда тому уже некуда было деваться, попытался поймать его.

Дитя Голода отбрасывал руки, как мог, но вскоре они зацепились и схватились друг за друга изо всех сил. Проводник князя был в невыгодной ситуации, он находился гораздо ближе к краю, чем его противник. Долговязый если и был тяжелее, то не намного. И просто выдавить Конецинмайлу наружу не мог. Он принялся раздергивать паренька из стороны в сторону, надеясь, что тот потеряет равновесие. Однако, Дитя Голода отлично чувствовал, куда его тащат, и тут же всем весом начинал давить на противоположную строну. Реакция у него снова оказалась лучше, чем у соперника.

Наконец, долговязый психанул и, зарычав, начал давить на проводника всем телом. Дитя уперся лбом в район ключиц своего противника и сопротивлялся, как мог. Он уже весь вспотел от натуги, но не сдавался. Впрочем, долговязый выглядел не лучше. Он давил, широко расставив ноги и уже всем весом навалившись на малыша. А дальше Атотола даже не понял толком, что произошло.