Теотль Сухоруков

– А ваша семья… Вы сами несли службу богу? Оказывали ему почести, приносили подношения?

– Нет. Были специальные жрецы.

– Они есть здесь, с тобой? – Тлакатль еще больше оживился.

– Нет. Все остались в Четландии. Некоторых убили астеки. А, может быть, и всех убили.

Жрец с дурацким именем Человек занервничал. Я с волнением смотрел на этого психа. Понятно, что я, наконец-то, его заинтересовал! Но вот в каком ключе?

– Владыка, – Тлакатль впервые обратился ко мне по титулу. – А ты сам… Ты забрал бога с собой?

Чего?! Как можно забрать с собой бога?

– Идола? – уточнил я.

– Нет. Бога. Ты взял с собой бога?

Я взял паузу, многозначительно уставился на огонь костра и лихорадочно размышлял. Чего он хочет? Как ответить?.. И вообще: а на самом-то деле, я забрал червяка?

Вспомнилась ночь в темной долине, ряды людей с горящими лучинами и огромный образ Змея на скале, подсвеченный кострами… И тут же – с болью где-то в районе сердца: да он же бросил тебя! Ни словечка от него не было за все эти годы скитаний!

Так, стоп! Выдохнуть.

А Человек ждал. Впившись в меня взглядом, словно клещ, ждал ответа. Да что ж ты мне душу теребишь?!

– Взял, – ответил, глядя прямо в глаза Тлакатлю. – Я его взял. А вот пошел ли он со мной – не знаю.

Как ни странно, его эта туманная фраза устроила.

– Жди здесь, владыка, – велел он мне, спешно подвязывая плащ на плече.

И не соврал. Пяти дней не прошло на этот раз, а нас осчастливили новой аудиенцией. Тлакатль, изменившийся так, что и не узнать, вел под руку совершенно оплывшего старика, явно махнувшего рукой на войну с холестерином. Тучный дед, укутанный в сто одежек, разметал по плечам пышные седые пряди, и медленно ковылял по каменистому склону. Каждый шаг давался ему с усилием, но я не заметил в старике признаков недовольства. Наоборот, он слегка блаженно улыбался.

Завидев, наконец, меня, он ткнул в мою сторону сарделькой указательного пальца и громко спросил у Тлакатля:

– Что, вот этот?

– Да, благочинный, – с восторгом в глазах ответил Человек.

Старый толстяк снова бесцеремонно ткнул пальцем в мою иссохшую ручонку.

– Что бог тебе дал, отняв эту руку?

– Трудно объяснить… но много, – как на духу вылетело из моего рта.

Так я познакомился с верховным жрецом Умолкшего. Или Укрывшегося. Или Бога в Себе.