Без Отечества…

Российская политика сейчас – как бурлящий на плите суп, варящийся из всякой залежавшейся в кладовке дряни. На миг всплывёт на поверхность Великий Князь Михаил с алым бантом на груди, и почти тут же исчезает где-то в самом низу, и вот уже всплывает Антон Иванович Деникин…

К качестве специй в этом революционном котле такие личности как Дыбенко, «вешатель» Ренненкампф, всевозможные «батьки», и те лихие люди, которым, по хорошему, нужно идти не в Революцию, а к психиатру! А они – не просто на свободе, а делают Историю…

Гнут её под себя, под своё полусумасшедшее виденье Мира! И право слово, нельзя даже сказать однозначно – кто хуже!

Умеренные сейчас не в почёте.

Даёшь! И дают… Белый террор. Красный.

Центристы, будь то с левым или правым креном, слишком нормальны для этого сумасшедшего дома. Они готовы договариваться, идти на компромиссы… а сумасшедшие и фанатики просто убивают оппонентов, захватывают заложников и расстреливают у ближайшей стенки за недостаточную лояльность – десятками! Белые, красные… один чёрт!

А где-то продолжается почти прежняя жизнь.

Ходят по бульварам барышни, разглаживают усы важные городовые, а всего в несколько километрах может быть совсем другая жизнь!

Страна порвана на куски так, что нельзя однозначно сказать, кто где. Японская интервенция на дальнем востоке, британская – в Архангельске. В Одессе французы и греки, на Волыни германцы.

Я же почти забыт. Нет, обо мне помнят обыватели и журналисты, но так… не на слуху. Не до меня.

Впрочем, не жалуюсь, чего уж там.

Моё появление и без того изменило Историю. Не знаю, насколько сильно, но…

… император, пусть и трижды бывший, жив.

Сторонники монархии предпочли бы видеть его убитым, и желательно – мученически. Самодержец, ухитрившийся за время своего правления растерять сторонников даже среди ярых монархистов, которые не видели Россию иначе как Империей…

… кому он, к дьяволу, сдался?!

А ведь сейчас гражданин Романов не где-то там в эмпиреях, сияющих от нестерпимого блеска гвардейских штыков, золота и помазания на царство, а просто – гражданин.

Без цензуры, без оглядки на охранку.

Не человек, а живая дискредитация Идеи! Говорящая задница!

Впрочем…

… чёрт с ним!

Осторожно освободив руку, я встал и оделся. Валери что-то пробормотала во сне, нащупала подушку, обхватила её руками и снова засопела. Прикрыв её одеялом от сквозняков, некоторое время стоял у окна, бездумно глядя на разбушевавшуюся стихию.