Полет нормальный…

– … чуть старше тебя тогда был, – говорил Парахин, всем видом показывая, что ушёл глубоко в воспоминания, но краем глаза отслеживая реакцию мальчишки, сидевшего на ковре перед кроватью, поджавши босые ноги к груди.

Ганс вырос без отца, умершего от испанки[8 - Испа?нский грипп или «испа?нка» (фр. La Grippe Espagnole или исп. La Pesadilla) был, вероятней всего, самой массовой пандемией гриппа за всю историю человечества в абсолютных цифрах как по числу заразившихся, так и умерших. В 1918–1919 годах (18 месяцев) во всем мире испанкой было заражено около 550 млн человек, или 29,5 % населения планеты.

]. Бандит, пользуясь тюремной психологией, легко занял его место в сердце мальчика.

– Один я у матери был, ну и… некому вовремя одёрнуть оказалось. Да хоть ремнём по жопе протянуть! Потом поумнел, конечно и… хм, совесть прорезалась. Но успел натворить всякого, что и посейчас вспоминать стыдно.

– Но вы исправились, да?!

– Исправился? Можно сказать, что да. Деньги были, и немалые… ничего себе не оставил!

Вспоминая миллионы на ставших бесполезными карточках, Макс почти не лукавил.

Были деньги? И немалые… Но фраза построена так, чтобы мальчишка посчитал их потраченными на благотворительность. На самом-то деле содержимое портмоне полетело в реку…

– Честно работать решил. Гм… не скажу, что вовсе уж честно, – вроде как в порыве искренности добавил он, – отщипнуть по мелочи грехом не считаю, если это не противоречит законам божеским и человеческим.

– Это как? – Удивился Ганс, чуть подавшись вперёд, сдув с глаз упавшую белобрысую чёлку.

– Как? Если человек хочет шикануть, то деньги он потратит в любом случае – на рестораны, казино или… хм, бордель. Если оказаться в нужном месте в нужное время, то эти деньги окажутся у тебя. Причём можно сделать это так, чтобы желающий шикануть гражданин почувствовал себя довольным от такого размена. Ну, потратит он на игру в рулетку тридцать марок, а не пятьдесят.

– Здоровски… – восхитился мальчишка, явно воображая себя на месте дяди Макса.

– С моим опытом несложно. Работать на заводе или на стройке… Хм, не настолько я хороший, – Максим невесело хохотнул, – От уголовщины отошёл, это да. Но и сектантом из тех, что вечно норовят покаяться и щёки подставить, не стал и никогда не стану. Так… по совести пытаюсь жить.

Гнас закивал, явно понимая под его словами что-то своё.

– Пока здесь отсидишься, у нас?

– Да, – Неохотно ответил мужчина, – узнать сперва нужно, что там за история.