Улан. Небо славян

Сын бегло просмотрел его и заулыбался:

– Окупились, значит, финансовые вливания в датских чиновников?

– Ещё как, – выдохнул Владимир, – по хорошему его можно было бы продать дороже где-то на четверть, да «прицепить» к продаже какие-нибудь условия. Ну там не вводить войска, с таможней что-нибудь…

– Как хорошо, когда у соседей слабые правители, – засмеялся принц, – ещё бы Борнхольм[6 - Борнхольм – стратегически важный датский остров, вклинивающийся вглубь Балтики и дающий возможность контролировать судоходство на большей половине Балтийского Моря.

] у них выкупить…

После отмены Зундских пошлин[7 - Зундские пошлины – налог с кораблей других держав, который на протяжении нескольких веков собирала Дания. Долгое время именно этот налог составлял большую часть датских поступлений в казну. В РИ отменили его только после 1857 года.] для Померанского Дома и России, экономика Дании сильно «просела», а привычка жить на широкую ногу осталась. А тут ещё и деньги выплачивать, причём не только победителям, но и, в общем-то, посторонним державам – той же Англии.

Так что Рюген надеялся, что Ольденбург – не последняя уступка…

И да – Договор об отмене пошлин он не случайно «привязал» именно к Померанскому Дому, а не к конкретным странам. Сделано это было потому, что формально даже присоединение Ольденбурга к Венедии заставляло пересматривать великое множество Договоров и при желании можно было приостановить какие-то из них. Так что даже Швеция, у которой был соответствующий Договор с Данией, не слишком возражала, когда новый, заметно более выгодный, привязали непосредственно к Померанскому Дому.

Правда, пришлось надавить (проплатить) на депутатов Ригсдага… Но оно того стоило: теперь задумай Швеция сменить династию, придётся перезаключать множество Договоров, оформленных на Померанскую Династию. И не факт, что получится…

Вообще, Владимир даже несколько злоупотреблял своей власть и популярностью, предпочитая наиболее выгодные Договора связывать с Померанским Домом, а не с государством.

Да и не только договора: вон, Железный Крест, орден святой Натальи и прочие государственные награды он сделал династическими. С одной стороны – логично, ведь теперь можно было не думать о том, какое же подданство у награждаемого – шведское или венедское? Подданство Померанского Дома – и точка! С другой – так теперь указы о любой награде подписывал лично он или члены его семьи.