Улан. Небо славян

Замолчал и слегка подался вперёд, демонстрируя собеседникам доверительность разговора. Смешно – в зале сидело почти пятьсот человек… Но работало.

– Ещё хочу сказать вам, господа, что мне нужны не только храбрые пехотинцы и кавалеристы. Нужны моряки, нужны инженеры, ОЧЕНЬ нужны хорошие медики. Вот в данных направлениях вашим детям, племянникам и внукам будет проще построить карьеру в империи.

Приняли на ура… Слишком «жирно»? Да нет – приобретая верность Имперских Рыцарей, он получал тысячу семьсот феодов, разбросанных прежде всего по чужим княжествам.

Получал агентов влияния – образованных, с хорошими связями. Разведку. Возможность совершенно официально держать свои полки в феодах рыцарей – дабы давить на наглых князей.

А что траты… Да сколько там детей из небогатых семей, которым потребуется бесплатное образование? Пусть даже пятьсот… Да пусть хоть тысяча – учебных заведений в Венедии было предостаточно. А ещё пара-тройка тысяч поступит не бесплатно, но на льготной основе. И будут учиться они в Венедии, говорить на венедском языке, слушать «правильные» толкования истории и политики… Ради «ославянивания» значительно части немецкой аристократии он готов был потратить значительно больше средств.

Через месяц после коронации прибыла хорватская делегации: Франкопаны, Драшковичи, Зринские, Пеячевечи – знатнейшие семьи Хорватии. Грифич сперва планировал принять их по семейному, но по совету Богуслава принял как положено – в тронном зале, показывая, что он серьёзно относится к ним.

Ну а затем уже по простому – показывая, что считает хорватскую знать равными себе.

Мужчины явно были польщены и не стали слишком уж следовать этикету – раз сам хозяин предлагает встречу равных.

– Вы уже знаете, зачем мы прибыли, – сдержанно произнёс Георгий Франкопан, – просить вашего сына Ярослава занять королевский престол, – замолчал… Эстафету подхватил Теодор Пеячевич:

– Сами мы, – тут он поморщился еле заметно, – не справляемся. Вроде и разумом не обделены, но за века накопилось между нами… всякого.

Тут начал разговор Ладислав Зринский:

– Слишком давно у нас не было собственного правителя, а власть в Хорватии по большому счёту принадлежала даже не австрийцам – венграм! – Последние слова он проговорил очень эмоционально – видимо, наболело.

– А что венгры, что австрийцы – все правили в стиле «разделяй и властвуй», – закончил фразу Николай Драшкович.

Они и дальше говорили, строго соблюдая очерёдность.