Юность

Как и несколько участков под застройку в Претории, а это уже поднимает их из низа – вверх! Сильно не самый, но и они не больно ого!

А ещё Сам Фима Бляйшман его за племянника, а Фима это голова! Надежда и гордость народа и Одессы, потому шо это – ну просто праздник, а не человек!

Рассыпались мальчишки и те, кто постарше, искать видоков и подробности, и ведь таки нашли! Кто, где… неведомыми путями выяснили даже за любовника одного из свиты, и ви таки представьте – два мущщины!

В Одессе ханжей не так, штобы и да, но есть нюансы! Одно дело – два человека увлекаются эллинской культурой, никому таки не мешая, и другое дело – вот так вот! Ну не педерасты ли?

* * *

– Это невыносимо, Анатоль! – яростно обмахиваясь веером, выговаривала дама вялому мужу, сидящему на диване в гостиной в домашнем платье, – Эти босяки вовсю лорнируют меня, сделай же что-нибудь!

– Душечка, – отложив газету, потел мужчина, совершенно раскиснув под натиском супруги, – ну это же другой город! Нас только перевели сюда из Петербурга, и у меня нет ещё таких связей, чтобы надавить…

– Ничего не хочу слышать! – дама с треском сложила веер, ударив себя по полной ладони, – Каждый мой выход фраппирует[7 - Фраппировать – неприятно поражать, удивлять, ошеломлять.

] народ, на меня уже показывают пальцем!

– Душечка…

– Анатоль! – взвизгнула дама, и на глаза у неё появились слезинки, – Ты! Ты… какая-то девчонка… и ты… нас…

Швырнув в мужа веером, она в рыданиях убежала в спальню, переваливаясь с боку на бок.

Мужчина, вздохнув еле слышно, пробормотал негромко:

– … спасибо тебе, маменька, за устроенный брак… Зато с лучшей твоей подругой породнились, да? Ни любви, ни…

Он постоял, раскачиваясь с носка на пятку и думая мучительно – последовать ли привычному сценарию регулярно разыгрывающегося представления, согласно которому он должен кинуться утешать супругу, обещая загладить все настоящие или мнимые вина, или…

– К чорту! – неожиданно резко сказал он, и стало вдруг видно, что не такой уж он мямля, а просто сложилось так в жизни.

Бывает. – Всю жизнь живу так, как маменьке угодно! Каждый раз поминает, как тяжко меня носила… сто крат уже отдал – хоть послушанием сыновним, хоть деньгами. Для себя жить буду! К чорту! Решено… развод!

Четвёртая глава

К середине марта войска Южно-Африканского Союза вышли к границам Капской колонии, и армии застыли в томительном ожидании. Промедление играет на руку британцам, но буры изрядно выдохлись.