Дети Революции

Наиболее распространённый вид. Она может касаться важных, принципиальных вопросов, равно как и рутинных.].

Всё бы хорошо, но покоробило отношение Степанова. Русский дипломат извинился за опоздание, наговорив много тёплых слов о храбрости и уме. Но осадочек остался.

Отношение к Алексу, как к расходному материалу, готовность принести жертву, дабы схватить старого врага, получить дипломатическое преимущество и хороший повод для целого ряда интересных действий. Консула, представителя чужой страны.

Учитывая письмо-вездеход от самого императора, фавор у Чернова и немалую известность самого Фокадана – настораживает.

Ясно только, что его использовали в сложной интриге и судя по всему, с поимкой Джадсона она только началась.

Глава 4

В Петербурге консула встретил представитель посольства КША, креол с выразительными тёмно-синими глазами, приходящийся дальним родственником Борегару. Советник[22 - Дипломатический чин, обычно первый или второй заместитель посла – в зависимости от значимости и величины посольства.

] Бенар, совсем молодой ещё мужчина, моложе самого попаданца, выглядел вымотанным и вяло поприветствовав коллегу, извинился:

– Простите, генерал, посол Джеффрис заболел нервической горячкой[23 - В старину так называли тяжёлый стресс, усугубившийся резким повышением температуры, лихорадкой и упадком сил. Нередко нервическая горячка открывала дорогу другим заболеваниям.], но вместо лечения старался держаться на рабочем месте, в итоге основательно напутав в документах.

Пришлось брать на себя работу посольства, потому в последние недели выгляжу и веду себя как жертва бокора[24 - Жрец культа Вуду. Креолам КША подобные вещи были как минимум знакомы.].

– Сочувствую, – искренне сказал Фокадан, шапочно знакомый с советником, – и правда скверно выглядите. Как разберусь с представлением, помогу разобраться с бумагами. А что со старшим советником[25 - Дипломатический чин, следующий сразу же за послом.] Фуко?

– Пришлось срочно отправится на родину по семейным обстоятельствам.

Обещали прислать нового заместителя, а тут как раз и Джеффрис заболел. Всё на меня и свалилось, а я в Петербурге всего-то полгода. Спасибо, сотрудники русского МИДа выручают, вошли в положение.

Бенар немногословно представил сотрудника русского МИДа и удалился по делам, ещё раз извинившись и оставив вместо себя бесцветного атташе[26 - Первый (низший) дипломатический чин.], потеющего от волнения.