Дети Революции

А тут – разговор почти на равных, весёлые лучики около глаз, идеальная реакция на фразу Другие же используют послания, чтобы сделать мир чуточку лучше – как они это понимают. Так не бывает. Игра? Несомненно.

Попаданец прикусил губу: не в первый раз с размаху вляпывается в события только потому, что считает предков заведомо глупее потомков. Пусть даже не глупее, а менее знающими, менее подготовленными… не суть. Сидит в нём червячок снисходительного отношения к предкам, себе-то чего врать.

Сталкиваясь с кем-то из предков, каждый раз рассматривал – достоин ли тот общения на равных? И пока не столкнулся лично, и не убедился в этом, равными он никого не считал.

Даже переписываясь с Марксом и прочими гигантами мысли[42 - К Марксу можно относиться по-разному, но даже недоброжелатели признают его одним из самых выдающихся мыслителей того времени.] девятнадцатого века, сложно отделаться от подобного отношения.

Александр может обладать огромным количеством недостатков, но все они перекрываются административными возможностями самодержца.

Не знаешь что-то сам? Напряги государственный аппарат, найди нужных людей. Не стоит забывать и о придворном воспитании, когда с детства учатся интриговать, читать лица и разбираться в хитросплетениях политики.

Встав с кровати, зажёг свечи и достал записную книжку с пометками. Простенькая, но действенная шифровка с сокращениями и жаргонизмами, понятными только ему.

– Всё на месте, – пробормотал он, – как разговаривать с императором, на что обращать внимание.

Выжимки от посольских на месте, результат мозгового штурма с Патриком и Кейси тоже. Так почему не следую своим же планам, причём спотыкаюсь на одном и том же – на отношениях с людьми. Забываю? Хоть крестик ставь, только ведь опять забуду. Или…

Чуть поколебавшись, открыл аптечку и достал упаковку со стерильным бинтом, и острейший тычковый кинжал из ножен на ремне. Примерившись, сделал на указательном пальце левой руке два глубоких надреза и тут же замотал бинтом.

– Крестик есть, – хмыкнул Алекс, глядя на палец с проступившей на повязке кровью, – надеюсь, в мозгах тоже проявится.

* * *

– Мелочь, – отмахнулся Фокадан утром от расспросов дочери и ближников, завидевших повязку, – полез впотьмах рыться в саквояже, зацепился неудачно. Келли, ты встречу подготовил?

– Да, сэр, – откликнулся секретарь, – в первый же день оповестил ирландскую общину, что вы намереваетесь встретиться с желающими после аудиенции у императора.