Дети Революции

За едой Дарья с юмором рассказывала о подопечных, и Алекс понял, что фактически надзирательница выполняет функции школьного психолога. Утешить, объяснить что-то, изредка сверкнуть глазами и сказать: Я вами недовольна. В вовсе уж редких случаях – запись о ненадлежащем поведении в журнал или записка родителям.

– Обычные дети: мелкие пакости, недопонимание, невнимательность на уроках, изредка лень. Коллектив у нас хороший, фрау Штайнмайер, несмотря на все свои чудачества, дама очень славная. Дисциплина не палочная, а всё больше на сознательность опирается.

Самое страшное – провиниться перед директором. Та голоса не повышает, не стращает, но стыдобища! Фрау Штайнмайре подобные лекции переносит ещё хуже, чем провинившийся ученик, а когда такое неподдельное участие видишь, ещё горше становится.

– Сталкивался, – кивнул попаданец задумчиво, вспоминая свою первую учительницу. Татьяна Александровна Черноскутова, у которой он учился в младших классах, стала для него эталоном Учителя.

* * *

– О чём думаешь? – Поинтересовалась Дарья несколько часов спустя, когда они уже лежали в постели.

Русые волосы разметались по подушке, округлая грудь стыдливо прикрыта одеялом.

– Хороша! – Искренне сказал Алекс, любовавшийся женщиной, – думаю? Сейчас о тебе, немного о нас.

– Никаких стратегических планов для нас нет, – мягко сказал женщина, – замужем была, больше не хочу.

Фокадан, который и не думал переводить отношения в такую плоскость, только кивнул молча, сильно удивив Дарью.

По всем канонам, любовник в такие моменты обязан если и не предложить руку и сердце, то хотя бы сделать намёк, что думает об этом. Даже в случае, когда оба не горели желанием вступать в брак. Условности…

– Ты понимаешь, – удивлённо сказал женщина, вглядываясь ему в лицо, – действительно понимаешь!

– Чего не понимать-то? Ты взрослая, самостоятельная женщина, дети имеются… почему для себя не пожить?

– Верно, – с облегчением сказала она, – брак… ну его! У тебя ИРА, политика, войны – слишком много всего, не хочу.

Два, может три года с тобой проживём хорошо, а потом снова куда-нибудь ускачешь, устранять несправедливости.

– Причинять добро и наносить справедливость, – пробормотал Алекс и любовница тихонечко засмеялась.

– Да, это тебе больше подходит! Мне твой образ жизни понятен, но принять его самой? Упаси Бог! За кого другого тоже не тянет, пусть даже и партия выгодная будет – подстраиваться под человека, жить его интересами… не хочу.