Дети Революции

Берег Скелетов[94 - Прибрежные воды там крайне опасны для судоходства, а в завершении бед, побережье представляет собой безжизненную пустыню, лишённую пресных источников.]… да, тот самый, овеянный самой дурной славой, богат алмазами.

– Такую афёру легко раскрыть, – разочарованно отмахнулся Кейси, – все знают, что алмазы редки[95 - В то время алмазы считали крайне редким минералом, известные людям месторождения можно было пересчитать едва ли не по пальцам.], а тут ещё как по заказу – труднодоступное место.

– Кто сказал, что это афера? – Усмехнулся Фокадан, – алмазы там и в самом деле имеются. Я бы сказал даже – в невероятных количествах.

– Врёшь, – выдохнул Кейси восторженно.

– Неа, – заулыбался Алекс, снова ощущая себя тем мальчишкой, который только начал выкарабкиваться из нью-йоркских трущоб, – вот ничуточку не вру! Всплыло в памяти… ну же вы знаете мою историю.

Друзья закивали, они уже привыкли считать, что попаданец воспитывался в какой-то очень старой семье или, что вернее, в Ордене и имел доступ к архивам.

Всевозможных тайных Орденов и многовековых заговоров в мире великое множество[96 - По оценкам специалистов, всевозможных Орденов и Братств, более или менее тайных, в Европе по меньшей мере несколько сот, а возможно, и тысяч. Многие из них состоят из 5–6 человек и давно уже забыли, зачем они создавались изначально. Хранят некую реликвию или документы, давно уже представляющие интерес разве только для десятка историков, выполняют странные ритуалы пару раз в год (сами не понимая, зачем это нужно), и прочее в том же духе. ], что отражено в литературе конца девятнадцатого века.

Подумаешь, очередная компания заговорщиков – то ли претенденты на давно исчезнувший престол из второй очереди, то ли некие Хранители давно заплесневевшей тайны. Сколько их таких по Европе? Не счесть!

Попадёт какой-нибудь архив к честолюбивому писцу, решившему увековечить своё имя, и готово тайное общество. При удаче его члены приобретают некие блага, а коль момент упущен, так и остаются документы невостребованными.

И хранят их порой веками – в надежде, что потомки смогут выложить когда-нибудь увесистый козырь в Большой Политике, отхватив богатство и титулы. Говорят, иногда получается…

За члена одной из таких семей и принимали попаданца. Случилось что-то со старшими, самого опоили или по голове ударили… концов теперь не найти. Зато всплывает порой в воспоминаниях Алекса что-нибудь этакое, порой даже полезное.