Зимний мальчик

Областная больница в Черноземске за городом. Недалеко, от вокзала – километров девять. Мы ехали с ветерком, дорога свободна, видимость миллион на миллион.

– А цветов не нужно? – спросил таксист.

– Цветов?

– В больницу обычно с цветами идут.

– Ну…

– В Подгорном, знаю место, цветы прямо из сада. При тебе и срежут.

Подгорное – пригородное село, рядом с больницей.

– Цветы – это хорошо, – согласился я.

Мы свернули с шоссе, в село вело дорога попроще, впрочем, тоже пустая. У дома с краю остановились.

Таксист по свойски прошел во двор, позвал хозяйку.

– Кому цветы? – спросила хозяйка.

– Студентка, комсомолка, просто красавица, – ответил я и зачем-то добавил:

– С переломом ноги лежит.

– От кого?

– От меня.

– Это я поняла. А ты-то кто, жених?

– Просто знакомый. Одноклассник. А теперь в одном институте учиться будем.

– Знакомый студент, ага. Тогда, – она секунду подумала, – тогда вот что!

Она зашла в цветник, и через пять минут вышла с букетом гладиолусов – белых, кремовых и красных.

Обошелся букет не совсем по-студенчески, в деньгах то есть. Даже совсем не по-студенчески. Но оно того стоило.

Поднявшись на четвертый этаж, я прошел в Отделение А. Отделение для излюбленных людей. Вообще-то непорядок – вот так запросто иду. А вдруг я диверсант, или псих какой? Приду с топором? Где стража?

Постовая сестра, впрочем, была.

– Куда? – строго спросила она.

– Сюда.

– К кому?

– К Ольге. Ольге Стельбовой.

– Ну, проходи, – в простоте она показала рукой на двери.

Ольга лежала в первой палате. Это так говорится – лежала. На самом деле сидела. В кресле. Ногу только чуть в сторону отставила. На ноге – инженерная конструкция из спиц и колец.

– Ну, привет, Чижик, – сказала она. – Ух, цветов-то сколько!

Я не знал, что делать с букетом. Положил на стол, где в вазе уже стояли два букета, но с розами, а не гладиолусами.

– Ты как? – спросил я.

– Как видишь. Ещё неделю здесь пробуду.

– Ну, одна-две – это можно потерпеть, – я осмотрелся. – Палаты царские, однако.

Палата, и в самом деле, была роскошной. Цветной «Рубин» на стойке, радиола «Эстония», стол обеденный (с букетами), стол письменный с тремя телефонами, два кресла, диван. И дверь, ведущая в спальню, или как она в больнице значится. А другая – в ванную.

– Да я бы и в обыкновенную легла, но неудобно. Ко мне то следователи ходят, то отец, то ещё… Вот ты пришел.