Первое дело Еремея

– Мне бы хотелось ознакомиться с ними.

– Разумеется, отец Еремей. Я распоряжусь, и бумаги, которые хранятся в архиве поселения – знаете, архивы растут быстрее, чем города, – эти бумаги вы получите сегодня же.

– Благодарю вас, – одной заботой меньше. И одной заботой больше – нужно будет попытаться найти причину того, что случилось с отцом Колываном в его записях.

– Я вас оставлю, отдохните чуть—чуть до прихода Брасье, – достопочтенный Хармсдоннер покинул столовую. – Заодно распоряжусь насчёт бумаг и об изготовлении панциря с секретом для вашего помощника.

Отдыхать пришлось именно чуть-чуть.

– Достопочтенный Хармсдоннер рассказал мне про вашу идею, – начал Брасье с порога. – Отличная идей, отец Еремей. Но двух человек, считаю, будет мало.

– Сколько же, по вашему, требуется людей? – Еремей постарался стряхнуть с себя послеобеденную сонливость.

– Ещё, по меньшей мере, один. Я. Рон парнишка неплохой, смышленый и крепкий, но с одной левой рукой большой помощи от него не жди.

– Если вы, капитан Брасье, возглавите наше предприятие, я буду только рад, – Еремей понял, что старший офицер стражей границы хочет получить свою веточку лавра.

– Не возглавить, что вы, отец Еремей. Просто это моя обязанность – обеспечивать безопасность поселения.

– Я буду только рад, – Еремей повторил искренне. В самом деле, Сайрин без ментальной силы менее опасен, но он все равно остается чудовищем. И его желание победить сайрина в одиночку – или на пару с Роном – это желание юнца, наслушавшегося старинных преданиях о рыцарях, вызывающих на бой дракона.

Но рыцари распоряжались собственной жизнью, умрёт, так один и умрёт. А здесь целый скит.

– Вот и ладненько. Тогда начнём подбирать оружие, отец Еремей. Мы здесь все стражи границы, и оружие для нас – продолжение тела.

Арсенал в скиту занимал небольшой бревенчатый дом. Выбор небогат, поселенцы обычно имели собственное оружие, а здесь располагался запас на всякий чрезвычайный случай.

Охоту на сайрина, например. Хотя чего там охотиться, когда зверь охотника сам к себе тащит невидимым, но прочнейшим арканом.

– Вам что больше по душе, отец Еремей? Меч, копье, лук? Панцирь примерьте. Он хоть кожаный, да кожа грокона покрепче иной меди. Да пластины вставлены, снапшера попросили поделиться.

В семинарии Еремей научился и на мечах биться, и на топорах, и из лука стрелять. Без этого нельзя.