Призвание Рюрика. Посадник Вадим против Князя-Сокола

Оказывается, ножами и другим скобяным товаром торговала молодая женщина с красивыми озорными глазами. Она, подбоченившись, задорно смотрела на него. У нее был ладный стан, нежные очертания лица, сочные губы.

Он искоса взглянул на нее. Застенчиво улыбнулся, ответил:

– Как не по душе! Прекрасные ножи. Только…

– Что – только? Не по карману? Давай торговаться. Такому видному молодцу продам и в половину цены.

Ее лучистый взгляд приковывал, звал к себе, и Вадим против своей воли вернулся к ней, исподлобья смотрел на нее, испытывая ни с чем не сравнимое наслаждение.

– И откуда же ты заявился? – сузив большие глаза и наклонив головку на бочок, спрашивала она.

– С Ильменя мы… нижегородские, – внезапно охрипшим голосом ответил он.

– И все у вас на Ильмене такие?

– Какие – такие?

– Высокие и красивые, настоящие богатыри!

– Скажешь тоже, – в смущении пробормотал Вадим и побрел вдоль ряда. Сзади услышал веселый, но не обидный для себя смех.

Его нагнал Азар.

– Вот молодость! – вздохнул он.

– Какая любовь? – искренне удивился Вадим. – Мы просто поговорили и разошлись.

– Будто я не видел! В нашем возрасте глаз становится очень наблюдательным и понимающим по женской части. Влюбилась в тебя молодица, уж поверь мне. И наверняка какая-нибудь одинокая, незамужняя.

– Откуда тебе известно?

– А я по глазам определяю. Чутье тут мужское работает, понял? Повзрослеешь, узнаешь.

Вадим пожал плечами, ничего не ответил.

– А что? – продолжал Азар. – Она молода, красива, а главное – богата. И любовь между вами…

Вадим вспомнил своих новгородских девушек, вздохнул непритворно:

– Какая любовь? На любовь я неспособен.

– Это почему?

И Вадим поведал ему, как он в одно и то же время влюбился сразу в трех девушек, а потом легко забыл их.

– Выходит, я просто не могу испытывать настоящей любви, какая бывает у всех людей.

Азар весело рассмеялся.

– Не любовь у тебя была, а увлечение. Настоящей любви ты еще не знал. Как придет она к тебе, покой потеряешь и ни о чем другом, кроме своей ненаглядной, думать не сможешь! Вот я влюблялся! Разум терял! Готов был ходить за девушкой, как верная собачонка, ноги целовать…

– Нет, я для такой любви не рожден, – уныло проговорил Вадим.

Азар хитровато взглянул на него, но ничего не сказал.

Они подошли к пятистенному дому, Азар постучал в дверь.