Призвание Рюрика. Посадник Вадим против Князя-Сокола

– Имя купца удосужился узнать?

– А зачем?

– Как – зачем? Как же ты найдешь его в городе, в котором проживает несколько тысяч человек?

Вадим насторожился:

– Как-то не подумал…

– Вот-вот, влюбленные всегда так: главное – обожать свою ненаглядную, а там хоть трава не расти.

– Обо мне так нельзя сказать. Вот прибыли издалека, чтобы освободить ее из рук похитителя.

– На это вы способны! А вот окажемся скоро в городе, с чего начнем поиски?

Вадим подумал, ответил:

– Будем спрашивать, какой купец недавно гулял свадьбу.

Делают они с таким размахом, что весь город знает, и терем наверняка укажут.

– Однако ты иногда можешь соображать…

– Но-но! Я могу некоторых и в воду сбросить!

– Это мы еще посмотрим, кто кого!

Переправились в город. Волин был крупнейшим торговым центром на Балтике. Окруженный протяженной деревянной стеной с высокими башнями, он являл собой мощную крепость, в которой располагались терема бояр и купцов, а также дома дружинников и простых горожан.

Вокруг крепости раскинулись обширные посады, населенные ремесленниками и мелкими торговцами. Возле пристани стояли десятки судов из разных стран.

Вадим договорился с женщиной о постое. Устраиваясь на новом месте, спросил как бы между прочим, не было ли недавно купеческой свадьбы.

– Была такая, – подтвердила она. – Недели две тому назад. Ох, богатая была свадьба! Полгорода, почитай, гуляло!

У Вадима болезненно сжалось сердце. «Рано радуешься, купец, – мстительно проговорил он про себя.

 – Я тебе такое устрою, что не раз пожалеешь средства, истраченные на торжество!»

Наутро друзья отправились к купеческому терему. Терем как терем, каких много вокруг. Двухъярусный, с крыльцом, накрытым покатой крышей, с резными окнами, закрытыми слюдой, сквозь которые невозможно увидеть, что творится внутри.

– Сидит, наверно, на скамеечке и поглядывает, бедная, на белый свет, тоскуя по свободе и любимому, – проговорил Оляпко, наслышавшись в пути рассказов Вадима о злой доле Олиславы.

 – Чует ли сердечко, что мы пришли освободить ее?

– Тихо ты! – предупредил его Вадим. – Охранник вон стоит у дверей, услышит, тогда нам несдобровать.

– Это верно.

Подошли к охраннику, стоявшему в полном боевом вооружении, в начищенном шлеме и панцире, блестевших на солнце, коричневом плаще, небрежно накинутом на плечи. Взгляд у него был отстраненным, отсутствующим, словно ничто его в мире никогда не волновало.