Обращенный к небу. Книга 1

 – Порублю, пакостник…

Илья вытянул из ножен меч Сневара и бешено рубанул воздух, но только вспотел ещё пуще. Сила в руках Ильи не убывала – теперь он не позволял им слабеть, ежедневно подтягиваясь на особой жердинке, прилаженной отцом над его головой, под навесом. Однако орудовать мечом сидя было неудобно, Илья злился всё больше, продолжая безуспешно лопатить воздух вокруг, но проклятый слепень словно не замечал его грозных потуг.

– Прутиком-то сподручнее, мил человек, – вдруг услышал Илья и только тут заметил, что за его нелепой вознёй следит старик, стоявший на улице.

Видно было, что шёл он издалека: за спиной на двух постромках висела потёртая котомка. Старик был сед, с длинной, но реденькой бородой и волосами, рассыпанными по плечам. На нём была белая домотканая рубаха до колен и такие же порты. Старик опирался на долгий посох и ехидно смотрел на Илью. Парень не торопясь вдел меч в ножны, уложил рядом с собой и, стараясь не замечать слепня, продолжавшего кружить, ответил:

– Ты, знать, торговец добрыми советами.

Старик спокойно улыбнулся, показывая белые крепкие зубы:

– Я не беру мзды за свои советы, так что этот прими за так.

Изловчившись, Илья наконец сграбастал в кулак ненавистного слепня и с силой бросил под лавку. Слепень глухо стукнулся о землю и затих.

– А я привык в долг не брать, – сдерживая участившееся дыхание, сказал Илья. Старик согласно кивнул и отозвался:

– Ну, так одари путника водицей, добрый молоде?ц.

Илья тяжело вздохнул, однако негоже было грубить незнакомцу, да ещё пожилому человеку. Да и нездешний он, сельских дел знать не может.

– Не могу я водицы тебе принести. Не обессудь.

– Что так? – удивился путник, вскинув седые кустистые брови. Илья, еле сдерживая дрожь в голосе и играя желваками, процедил:

– Калека я, прохожий человек.

– Ай-яй-яй! – воздел брови домиком старец. – Неужто я ослеп на старости лет? Ноги вроде на месте у тебя, да и руками ты машешь справно.

– Не твоего ума дело! – более не сдерживаясь, рыкнул Илья. – Ступай своей дорогой!

И отвернулся, пытаясь успокоиться. Старик, однако, и не думал уходить.

– Эвон как! – донёсся его голос, в котором Илья не услышал ни капли вины. – А я-то думал, что ты головой недужен, что с мечом на глупое насекомое охотиться взялся. Ай-яй-яй!

Вот ведь старый хрыч, подумал Илья, свирепея.