Страх звёзд

Миролюбивую идиллию нарушали только телохранители в чёрных костюмах, которые подпирали стену за спиной у Айши – одинаково высокие и широкоплечие, точно выращенные в пробирке однояйцевые близнецы.

– А как же погибшие торговые корабли? – Томаш поёрзал в кресле. Близость этой странной женщины вызывала у него безотчётное беспокойство. – Военных действий нет, а люди гибнут?

– Люди всегда гибнут. – Айша затянулась мазином и выдохнула дым. – Я же не говорю, что нет никакой опасности. Опасность, пусть и небольшая, есть всегда.

Дым, неожиданно сменив цвет, поплыл пурпурным облаком над головой Томаша.

– Да, но…

– Но я готова компенсировать вам все риски.

– Хорошо. – Томашу вдруг захотелось встать и, ничего не объясняя, выйти из зала, попрощаться по-литийски. – Значит, как вы там говорили, надо вылететь за пределы сектора, где появится некий корабль – попробую угадать, с литийской сигнатурой? – забрать у него груз и попытаться пробиться обратно к Бакару. Всё это, разумеется, находится так далеко за гранью закона, что уже и грань не видно.

Причём для всех сторон. А если ваш безопасный коридор окажется не таким уж и безопасным, то нас либо распылят на атомы, либо поймают, приставят к стенке, – пряная горечь тинктуры обожгла Томашу горло, – и распылят на атомы. Я правильно обрисовал картину?

– Мне казалось, вы и ваша команда – специалисты по вопросам подобного рода.

Айша улыбнулась, и на её неподвижном лице впервые прорезались тонкие и глубокие, как трещины в камне, морщины.

– Вы имеете в виду самоубийство? Вовсе нет.

Вообще-то до того, как началась вся эта чехарда, мы занимались вполне легальным бизнесом. Продажа бакарийских сувениров на Литии преступлением никогда не считалась.

– Хотите сказать, вас лишили полётной лицензии за сувениры?

– Досадное недоразумение, – нахмурился Томаш. – Я уже подал апелляцию, так что скоро всё…

– Очень надеюсь, что апелляция поможет восстановить справедливость! К тому же я прекрасно понимаю всю важность и полезность сувениров.

Вот, к примеру, мазин. – Айша припала к трубке, и лицо её окутал переливчатый дым. – Насколько мне известно, на Литии он запрещён. Точно так же, как у нас запрещён ваш прекрасный напиток.

Томаш невольно поднял бокал с тёмно-красной маслянистой жидкостью.

– И то, и другое можно без проблем синтезировать, – продолжала Айша, – но для истинных ценителей…

– Не понимаю, о чём вы говорите, – перебил её Томаш. – Под сувенирами я имел в виду сувениры, не более.