Ожившие. Сумасшествие живых

Аня погасила фонарик, и мы вышли из подвала. Было уже темно, и я мечтал поскорее оказаться в квартире за запертой дверью. Впрочем, не я один. Каким бы отчаянным не был Странник, но у нашей троицы было одно золотое правило, которое неукоснительно соблюдалось. Никогда не выходить на улицу ночью.

В своё время мы достаточно поплутали в потёмках и поняли, как это смертельно опасно. Лишний раз подвергать себя опасности нет никакого резона.

Через десять минут, когда мы наконец оказались в нашем убежище, а Странник запер дверь на замок, я позволил себе расслабиться.

Чтобы свет из окон не проникал на улицу, мы всегда закрывали их несколькими слоями плотной тёмной ткани. Пока Странник занимался этим, я достал несколько свечей и расставил их по залу. Аня ушла на кухню, чтобы заняться ужином.

Как видите, каждый точно знал свои обязанности.

Я дождался, пока Странник закроет все окна в квартире, и начал одну за другой зажигать свечи. Зал осветился желтоватым светом, создав уютную домашнюю атмосферу.

В прошлом, когда случались аварии на электростанции, мы дома всегда зажигали свечи. Тогда это было временной необходимостью, теперь же – стандартная процедура. Однако коль скоро у нас появился дизельный генератор, в ближайшее время свечи можно будет убрать в ящик.

Одну свечку я отнёс Ане на кухню. Девушка уже вытаскивала термос, который был завёрнут в плед. Я не совсем понимал, зачем это было делать, ведь на то он и термос, чтобы не остывать. Из другого пледа Аня достала небольшую кастрюлю, потрогала её и довольно произнесла:

– Ещё тёплые.

– Кто? – спросил я.

– Макароны с тушёнкой. Совсем чуть-чуть, но тёплые.

– Сегодня у нас прям пир. Макароны я люблю.

Готовкой Аня всегда занималась на крыше, где можно было развести небольшой костёр. Мне казалось, что можно найти какой-нибудь более изящный способ приготовления пищи, но в голову никаких идей не приходило. К кулинарному таинству наша рыжеволосая подруга нас практически никогда не подпускала, позволяя лишь добыть к завтраку, обеду или ужину те или иные продукты.

Чем я и Странник и занимались.

Как и во все предыдущие дни, сегодняшний ужин прошёл при свечах и в молчании. Беседы мы если и устраивали, то всегда говорили на пониженных тонах.

Одновременно покончив с едой, мы втроём встали и отнесли посуду на кухню, поставив её в раковину. При этом я и Странник поблагодарили Аню за чудесный ужин. Девушка себя благодарить не стала, что вполне естественно.