Тайное общество по борьбе с ненормальностью. Том 7

 – Не напрягайся.

– Тоже мне напряжение… Всё равно тебя угощу, а то в прошлый раз как-то не получилось.

Естественно, Голуба имела в виду те события, что произошли почти четыре месяца назад, когда они устроили охоту за ненормистом – огромным жуком, похожим на палочника, – и оказались в другой Параллели. Можно забыть то ужасное время? Та давняя вылазка была связана не с самыми приятными воспоминаниями, которые Клим по мере возможности старался не доставать из пыльных уголков сознания.

Зайдя на кухню, Голуба сняла крышку с чайника, заглянула внутрь и, скорчив недовольную гримасу, поспешила наполнить его водой и поставить на плиту.

Клим в это время пристроился на табурет и сидел, притихнув, потому что не привык хозяйничать в чужом доме. Он искренне не понимал тех людей, которые приходят в гости и начинают вести себя так, будто это они здесь хозяева: бродят по комнатам, осматривая всё и вся, без спросу берут не принадлежащие им вещи, роются в шкафах. Бывают и вовсе уникальные индивидуумы, без зазрения совести выражающие упрёки, если им вдруг удалось где-то обнаружить пыль. Наглость – второе счастье.

Это было одной из причин, почему Клим не только не любил принимать гостей, но и сам предпочитал им не быть. Однако в случае с Голубой он не мог сказать, что ему неловко находиться у неё дома. Во многом благодаря тому, что они довольно хорошо сдружились за последнее время. Отсутствие родителей девушки тоже сыграло свою роль. Не пришлось объяснять, кто я такой и зачем припёрся!

В ожидании, пока закипит чайник, Голуба плюхнулась на соседний табурет и проговорила:

– Авось всё образуется.

– Подробности бы не помешали, – сказал Клим. – Тем не менее если ты собираешься раскрыть мне какой-то секрет Велеоки, то хорошенько подумай, стоит ли это делать.

– До сих пор я знала тебя только как отличного парня, поэтому не думаю, что ты станешь трепаться об этом направо и налево.

– Ну… Спасибо за кредит доверия.

– Да не за что. Кроме того, я всегда могу начисто отбить тебе память.

Забудешь всё, чему когда-либо научился, даже собственное имя из головы вылетит. Выжить хотя бы удастся?

– Ты как никто умеешь воодушевлять, – развёл руками Клим. – Имя в памяти хотелось бы оставить.

– Да я ж пошутила, – улыбнулась Голуба. – Вряд ли ты совершишь такой поступок, за который тебя захочется побить.

– И на том спасибо, но на твоём месте я бы не зарекался. Сейчас в твоих глазах я – отличный парень, а спустя полгода – подлец, каких свет не видывал.