Мой мальчик. You are mine

– Хорошо, тогда дайте мне этот салат и тыквенный супчик.

– Пить что-нибудь будете?

– Нет, спасибо, – «Я ж суп взяла! Его и попью».

Тощий официант удалился и Лена с горечью отметила, что среди безликих масс крайне редко можно увидеть таких, как её Мальчик.

Ела она смачно, с усердием пережёвывая жижу. В каждом жевательном движении затаилась воображаемая фрикция её юного друга. Взгляд был затуманен сладострастной картинкой, на которой он драл её в раскрасневшийся от шлепков зад. Как же было бы славно организовать такую аудиенцию!

Остаток дня был свободен, но не от мыслей о новом друге, не знавшем о существовании женской особи по имени Лена, которая со вчерашнего вечера уже три раза на него подрочила и хорошенечко кончила.

Что он сейчас делал? Где был? Возможно, снова таскался со своей малолетней потаскушкой, недостойной его внимания. И что только он мог в ней найти? Чем она была лучше Лены? У неё имелось главное достоинство, неоспоримое преимущество – молодость.

Молодость. Её налитые плоские груди с лёгкостью помещались в его ладонях, узкая дырочка туго обхватывала даже мелкоколиберный член, от неё пахло юностью, и кожа ещё была плотной, упругой, пускай и прыщавой. С неё не надо было сдувать налёт древности и отпечатки пройденных лет, следы неудавшихся ухажёров и безумных блужданий по чужим членам. Возможно, она всё ещё была невинна и могла подарить ему свой первый раз, открыться навстречу новому и неизведанному. Они вместе могли взрастить собственный опыт, не оглядываясь на методы предыдущих любовников и случайных партнёров. В эти минуты они были бы только одни, без теней прошлых связей и сравнений. Только он и она, его член и её дырка, языки, пальцы, влажные тела и губы.

– Глаза разуй!

– Извините…

Силиконопопая дама прощёлкала каблучками дальше, нарочито сильно вихляя своей отремонтированной задницей. Лена стала смотреть, куда идёт, чтобы снова не втараниться в очередную грубиянку. Но мысли опять увлекали далеко от унылой действительности, где тридцатипятилетняя Лена шла по залитой солнцем улочке в полном одиночестве среди толпы безликих людей.

Иной бы сказал, что в тридцать пять жизнь только начинается. Так же думала бы и Лена, будь у неё статусный муж, семеро по лавкам и миллионы за пазухой. Каждый год она бы несколько раз ездила заграницу, носила бы дорогие побрякушки и каталась на крутом авто, вместо того, чтобы нюхать потные задницы в метро.