Вернуть лучшее. Части 1–2

После того, как я освободился, прошли к скверу, посидели на лавочке, рассказывали друг другу о пережитом, а потом Жансия предложила пойти к ней на квартиру. Она живет с подругой, Томой, однокурсницей. Родители Томы оставили ей квартиру и переехали в пригород, в свой особняк. Жансия рассказала Томе обо мне, и та предложила встретиться нам у нее, сама ушла заниматься в Пушкинскую библиотеку.

Посидели с Жансией на кухне, попили чай, а потом переглянулись и направились в ее комнату. У нас было все: приступы страсти, нежные ласки между ними, чувственное наслаждение, а потом приятная усталость и полное удовлетворение.

Вновь понимаю, что с такой любовницей невозможно расстаться, условились о следующей встрече.

Приезжаю к Наташе, она, встревоженная, встречает меня вопросом: Сережа, что случилось, почему тебя так долго не было?

– Наташа, я был с девушкой. – решил внести полную ясность в наших отношениях, – Ты мне дорога и я хочу быть рядом с тобой всю жизнь. Но мне нужны и другие девушки, я иначе не могу.

Примешь ты меня таким?

Наташа заплакала, я молчал и стоял рядом. Потом подошла ко мне, обняла, прижалась к моей груди и ответила: Сережа, я люблю тебя, всю жизнь, и буду с тобой. Но как мне больно!

Ласками и известным мужскому народу способом успокоил Наташу. Затем, когда она немного отошла от волнений, сказал: Наташа, ты для меня, как и мама, самый близкий человек. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, поженимся, когда будет возможность. Ты согласна?

Наташа прильнула ко мне, прошептала: Да, Сережа, – и снова заплакала, теперь от счастья, я так думаю.

Пришлось еще раз ее успокаивать, мою любимую девушку. Признаю себе, что я люблю Наташу, как иначе назвать то, что хочу видеть ее каждый день, обнимать, целовать, испытываю нежность и желание защитить от невзгод, и только с ней хочу прожить свою жизнь. А то, что сам доставляю ей боль своими «походами» на сторону, то это моя беда, так сложилась природа. Знаю и чувствую, если ломать свою натуру, постоянно перебарывать ее призыва, то просто доведу себя до психического срыва, никому от этого легче не станет.

Может быть, что такое самооправдание кажется циничным, но оно искренне, после серьезных дум и переживаний.

Теперь, перед встречей с Жансией, я предупреждаю Наташу, что задержусь, приду позже. Наташа все понимает, только молча вздыхает и согласно кивает. Стараюсь по возможности реже ее расстраивать, когда уже не могу выдержать притяжение блядунской моей природы к любовнице.