Во тьме

– Цветы это название растения, а розы – это название сорта, – пояснила Альда, аккуратно откупоривая крышечку и опрокидывая флакон на палец, чтобы добыть каплю ароматной эссенции. Королевская спальня Даркраста внезапно наполнилась изумительным по красоте тонким ароматом растения, которое никогда здесь и не бывало.

– Это…

– …ошеломляет, – подсказала принцесса, закрытыми глазами вдыхая этот дивный запах.

– Даже не могу представить, что так может пахнуть, – скованно произнесла Эола. – На Даркрасте никогда и не было таких фруктов, и уж тем более таких… растений.

– Ну, ваш владыка обещал, что фрукты прибудут, и, более того, я собираюсь их здесь выращивать, – со вздохом отозвалась Альда, закупоривая драгоценный флакончик и доставая из предыдущего сундука свой голограф. – Что до цветов, то вот так они выглядят в расцвете своей красоты.

Найдя проекцию королевского сада Фарогоса в дни празднования Благоденствия, она положила прибор на пол, чтобы спальня вновь превратилась в кусочек другого мира, находящегося ныне за сотни миллионов звезд от Даркраста.

Эола шокировано вглядывалась в увитые цветами арки и беседки, украшенные редчайшими розами всевозможных цветов, но Альда с грустью смотрела на эти изыски.

Впервые дивные цветы ей преподнес человек, которого она слишком сильно любила, сильнее, чем себя, и ничем хорошим это не закончилось. Он был жесток с ней при их последней встрече, заставив униженно просить милости. И гордая принцесса была готова на это, лишь бы вновь почувствовать себя любимой им.

Теперь же, остыв и потеряв слишком много, Альда понимала, что Зан никогда её не любил.

Зан. Этот мужчина обжигал, словно древнее пламя, опалив и жаром страсти, и холодом безразличия. Именно в его объятьях она познала первое в жизни удовольствие плоти, хотя, по правде, в тот момент рядом был её супруг, что делало ситуацию пикантной, но не могло заглушить восторга от прошедшей ночи. Как она летала в последующие дни и какой же дурочкой, наверное, казалась окружающим, но Альду впервые ничто не волновало.

В её жизни был он, генерал и защитник Фарогоса, который среди всего королевского зала мог дерзко подмигнуть ей и заставить одним этим забиться сердце словно сумасшедшее. Не помня себя от счастья, принцесса сбегала ночами в сад, летя к нему в темный альков, за жаркими поцелуями и безудержной страстью, дарующей ощущение, что тебя любят, что ты нужна и важна, что ты для него особенная и единственная.