Донор

Оно оказалось больше, чем полагал Энки, но для задуманного годилось. Размахнувшись, он вогнал в металлическую трубу рукоять биты, которая погрузилась в канал до основания, застряв в ней широкой частью. Теперь макушка биты торчала из дула, словно воздушный шар, готовый вот-вот вырваться из ствола. На став дожидаться, когда полицейские осознают всю глупость затеянного им плана, он плюхнулся на бампер и скатился по нему на байк. И только почувствовав между ног холодный пластик сиденья, перевел дух.

Никогда, ни за что в жизни, ни под каким предлогом он больше не будет вытворять подобное.

Энки не знал, что случится, если выстрелить из дезинтегратора, дуло которого заткнуто пластиковой битой. Не знал этого и пилот глайдера, поэтому рисковать не стал. Очнувшись, полицейский дрон открыл по нему стрельбу из плазменных бластеров, удары которых защитный экран байка выдерживал. Пока выдерживал. Искушать судьбу и дожидаться полного истощения батареи мотодрона не стоило, поэтому Энки, не раздумывая, перешел ко второй части плана.

Громаду строящегося небоскреба он приметил давно. Скорректировав навигацию, он направил байк в его сторону, надеясь, что полиция не знает то, что всплыло из недр его заблокированной памяти, а если и знает, то не придаст этому значения. Весь план строился на предположении, что силовой экран, охраняющий небоскреб, не имеет высоких уровней защиты и может быть легко пробит корпусом летящего на всей скорости байка. Раньше у него такой трюк получался. Правда, когда случалось это «раньше», он не помнил.

И чем заканчивались подобные фокусы, память тоже умалчивала.

Пилоты глайдеров, конечно, разгадали его намерения и сократили дистанцию, стиснув «клещи», чтобы он не вильнул в сторону. Им было выгодно заманить его внутрь строящейся конструкции – ведь там он окажется на их территории. Они даже стрелять перестали, что Энки совсем устраивало. Оставалось не переиграть и довести дело до конца. А он был близок: индикатор эфталитового заряда уже даже не мигал.

Он загадочно потух, и его смерть не предвещала ничего хорошего. «Пожалуйста, поживи еще минуту», – мысленно обратился он к байку и выжал максимальную скорость.

Трюк с битой не научил полицейских относиться к нему с уважением. Их глайдеры с треском врезались в силовой экран здания, проникнув внутрь словно раскаленные ножи в кусок масла. Впереди гордо мчался мотобайк, который стал острием клинка, пробившим защитное поле стройки. Только Энки на нем уже не было.