Северный перевал

К одному вернется через несколько дней, другому потребуется год или больше.

– Но мне нужно знать… – скрипнул зубами Дар, – они ведь напали на меня неспроста… преследовали какую-то цель? И если я вернусь, то не смогу понять, с кем можно разговаривать, а кто – тайный враг, который все помнит и может повторить попытку. Скажи… у тебя есть зелье, восстанавливающее память?

– Есть… – Ильда отчаянно вздохнула, как перед прыжком в ледяной омут и жестко заявила, – но вам я его не дам. По крайней мере – сейчас.

– Почему? – вмиг насторожился он, впился в девушку подозрительным взглядом.

– Рано. Зелье сильное… сразу снимет действие всех обезболивающих и успокаивающих снадобий, какими я вас лечу. От резкой боли вы начнете морщиться и кривиться… хотя и без того не умеете держать свое лицо под контролем. И результат может быть очень плачевным. Порвутся нити, не выдержит клей… и вместо своей внешности вы получите криворотого уродца. Но самое главное – память вернется сразу вся. Мигом всплывут все детские проделки и яркие впечатления, ошибки и победы молодости, случайные разговоры и встречи… память тела и эмоций… в вашей голове будет властвовать хаос и сумбур.

Придется напрягаться, чтобы вытащить нужное… а это неизбежная головная боль и паника. А ради чего? Побежать в Манерг или просто на постоялый двор Тревиза вы все равно не сможете, будете сидеть у окна два или три дня и беситься, когда можете потратить это время на лечение и восстановление сил.

– Возможно ты и права… – обдумав ее слова, глухо признал лэрд, – но голубя все-таки нужно послать.

Я напишу короткую записку… и вложу в твой пенал. Есть чем заклеить, чтоб не читал никто чужой?

– Даже капсула есть… попадет к главной целительнице гильдии, – судя по неприязненному тону Ильды, ей очень не хотелось отдавать ценный предмет, и Дар отлично это понимал.

Но и отказаться от такой неожиданной удачи тоже не мог.

– Отлично. Она не отдаст кому попало. Не беспокойся, я попрошу лейду Вильдинию выдать тебе новые капсулы.

Ильда только кисло поморщилась в ответ и взяла в руки стило.

Вскоре послание было готово, а чего там долго писать? Ни имени ни подробностей упоминать пациент не позволил, только пару коротких фраз.

– Можно я пойду с тобой на чердак? – спросил он осторожно, когда Ильда направилась к лестнице, и девушка нехотя кивнула.

Хотя следовало бы отказать… но он же такой подозрительный! Станет потом думать, будто знахарка обманула, не отправила птицу. Так пусть лучше убедится своими глазами.