Свет надежды

Гилирэнс, немного отошедший от шока, едко ухмыльнулся: весной у хозяина леса слишком много различных проблем, чтобы сразу выкроить время для неожиданных гостей, нарушивших все правила и законы.

Однако он глубоко ошибался, как, впрочем, и Ливастаэр. Гигантский жёлудь ещё даже не достиг полянки, когда ближайшее дерево с оливковой корой затрепетало, окуталось густым туманом, и из него шагнул к гостям высокий и подтянутый анлезиец с пронзительно-синими глазами.

– Хозяин леса ждёт вас в зелёной долине, – объявил он мелодичным голосом и приглашающим жестом указал на туман.

– Пошли! – подхватил жену на руки Васт и шагнул под дерево.

Она оглянулась и крикнула:

– Клякса!

И не успел Гилирэнс сообразить, кого позвала женщина, как мимо него молнией мелькнул зелёный силуэт ловушки. Остальные гости не стали ждать второго приглашения, резво попрыгали следом, а за ними, мельком кивнув сородичу, ушёл и синеглазый.

Командир охраны с минуту смотрел, как тает туман, потом подобрал обронённый странной женщиной-источником цветок и, задумчиво улыбаясь, направился к посёлку.

Невероятное ощущение соприкосновения с чем-то тёплым и загадочным понемногу рассеивало тоску и уныние, царившие в его сердце две последние луны с того самого чёрного дня, как прекрасная Кайэлли мягко, но решительно сообщила, что никаких отношений между ними быть не может.

– А где ставить дом?! – окликнули его запыхавшиеся лучники, ища взглядом гостей, и командир вдруг весело усмехнулся и махнул рукой в сторону полянки.

– Поставьте там… ничего с ним не случится.

Не говорить же вслух, как он надеется на то, чтобы что-то случилось… например, вернулись назад эти странные люди и позвали его на Сузерд. Пожалуй, теперь он бы пошёл.

* * *

Место, куда они вышли из тумана, очаровывало сразу, с первого взгляда, первого глотка напоённого ароматами воздуха, нежно погладившего лицо ветерка, тихого, успокаивающего журчанья небольшого фонтанчика.

Совершенно необычного и вместе с тем простого до невозможности. На краю полянки, с той стороны, где начинался пологий склон к мелкой, хрустально чистой речке, лежал обычный валун, не испорченный ни единым прикосновением человеческих рук. Из-под него со всех сторон выбивались кустики и плети таких же обычных полевых растений: клевера, ромашек, маков, берёзки… и все они буйно цвели, поражая взгляд яркостью красок и сочностью зелени.