Лик Победы

Гран-дукс шутки не понял, да и не мог понять.

Бедняга бросился заверять Алву, что палаццо выдержан в морских тонах. Валме навострил уши, ожидая, что Ворон перейдет к спрутам и медузам, но тут, как назло, возникло новое лицо, по виду совершенно военное.

– Господин герцог, – Марселю показалось, что Гампана не слишком рад вновь прибывшему, – позвольте представить вице-командующего гарнизоном Фельпа генерала Ма?ссимо Варчезу.

– Я рад, что вы приехали, – не стал ходить вокруг да около генерал. – Наше положение, прямо скажем, не из легких…

– Не стоит утомлять гостей! – вскинулся гран-дукс, утомлявший их добрых полчаса.

Генерал нахмурился, однако смолчал. По мнению Марселя, из вежливости. Рокэ улыбнулся самым светским образом.

– Господа, я не хотел бы предстать перед отцами города Фельпа в облике разбойника с большой дороги. Можем ли мы с моими офицерами отправиться в палаццо Сирен?

– О да, – заверил Ливио Гампана, – я буду счастлив сопровождать вас. Нас ждут конные носилки.

– Благодарю, сударь, – заупрямился Ворон, – но я предпочитаю седло или собственные ноги. Надеюсь, славный город Фельп простит мне мои привычки.

Славный город Фельп простил, а что ему оставалось?

2

Палаццо Сирен было роскошным – с фонтанами во дворе, скульптурами на крышах и лестницах и живыми цветами, где можно и где нельзя. Это была не талигойская роскошь, но Марселю понравилось. Куда меньше ему нравились собственная загоревшая физиономия и прямые волосы. Конечно, в Фельпе есть и куаферы, и парфюмеры, но не искать же их прямо сейчас! Валме с тоской зачесал незавитые патлы назад, стянув их на затылке черной лентой.

Уж лучше так, чем липнущие к щекам сосульки. Немного утешил гвардейский мундир: у того, кто его придумал, безусловно, имелся вкус. Затянув пояс и пару раз повернувшись перед огромным зеркалом, виконт Валме вышел в приемную.

Рокэ стоял у раскрытого, доходящего до самого пола окна. Он и вправду соизволил одеться, как положено талигойскому маршалу.

Летний белый мундир и черная рубашка подчеркивали диковатую красоту кэналлийца. Марсель не то чтобы позавидовал, но пожалел, что к роду Валмонов природа не столь щедра. Виконт тоже не отказался б произойти от Леворукого, но, увы, Повелителя Кошек прабабки Марселя не вдохновили…

Алва зевнул и отошел от окна.

– Я решил не приводить сюда Моро, – сообщил он вместо приветствия. – В Фельпе кровная лошадь нужна в последнюю очередь.