Несравненное право

 – Я не могу тебе не верить, но твои приказы и распоряжения кажутся очень толковыми…

– Вот именно что кажутся, – Рене ухмыльнулся уголками рта, – этого я и добиваюсь. Люди уверены, что все в порядке, все делают то, что нужно, и мы обязательно победим в приближающейся войне. Мы укрепляем берег Адены, учим моряков драться на земле, выставляем дозоры. Вроде бы все правильно, но я-то знаю, что это бессмысленно.

– Вот как? – Эрик внимательно вгляделся в лицо бывшего ученика, а ныне почти короля. – А мне помнится, ты сумел управиться с такой нечистью, о существовании которой мы раньше не догадывались.

Ты боишься, что в этой войне главным оружием будет магия, не так ли?

– Разумеется, боюсь. – Аррой не скрывал своего раздражения. – Что значит шпага, даже самая лучшая, против заклятий?!

– Будь магия столь всемогуща, тебя бы уже не было на свете… Нет, мужество и выучка нужны по-прежнему…

– На это и надеюсь. – Рене привычным движением отбросил со лба седую прядь. Несмотря на стремительно приближающуюся зиму, он упрямо ходил с непокрытой головой, подавая не лучший пример молодым, особенно из числа привыкших к более мягкому климату таянцев.

 – Эрик, я вовсе не считаю наше положение безнадежным, просто магии нужно что-то противопоставить, а я пока не знаю что. Не молитвы же! Оно, конечно, тоже не мешает – внушает некоторым веру в победу, а человек, уверенный в себе, намного сильнее. Но я видел то, что сотворило одно-единственное чудище с Инрио и его конем. Я каждый день захожу к Шани, которому не в силах помочь медикусы, и понимаю: радоваться-то нечему. Да еще сны эти… Раньше они мне снились раз или два в год и всегда были связаны с какой-то бедой, а теперь через ночь одно и то же.

– И что же тебе снится?

– Какой-то бред. Будто я ранен, умираю и надо мной пролетают какие-то птицы. А я никак не могу их сосчитать… И на этом все кончается… Хотя нет. Теперь снится что-то еще.

– Ты должен вспомнить, – твердо сказал старый маринер.

 – От сна отмахиваться нельзя.

– Твоими бы устами, – отозвался Рене, – но все плывет…

– А ты подумай. Может быть, в твоем сне кто-то появляется? Враг? Друг? Кто-то тебя добивает? Спасает? Ты что-то слышишь? Видишь? Смех? Слезы? Проклятия? Ты в конце понимаешь, сколько их, этих птиц?

– Пожалуй… – Рене наморщил лоб. – Нет, не помню… Хотя… По-моему… Да! – Он почти закричал. – По-моему, я вижу женщину… И еще что-то… Какой-то клинок.