Служба Высшей Справедливости. Портовый Город

Спину выпрямил, плечи раздвинул, глаза его расширились. Чувство досады от того, что сразу не понял в чем дело, теперь грызло дракона изнутри.

– Так, я понял, что не так. Я списал всё на истерику. Вот я дурааак! – Нид прикрыл глаза, потирая виски.

Его друг терпеливо ждал. Он не желал прерывать Нидхегга, зная, что его раздражало, когда кто-нибудь, пусть и лучший друг, его перерывал. Нивалис ждал. Терпеливо, не произнося ни слова. Стоял рядом, сохраняя тишину и давая возможность дракону сосредоточиться.

– Итак, – медленно проговорил рыжий, – то, что я принял за истерику и невозможность связать два слова, была попытка скрыть истину и отвлечь нас от происходящего, – Нидхегг двинулся вперёд.

 – Нам срочно нужно туда. Поговорить с ними обоими.

Чуть помедлив, дракон в человеческом обличье повернулся к своему другу, недобро сверкнул глазами и произнес достаточно тихо:

– Вот поэтому, я терпеть не могу во всём этом ковыряться. Все вечно что-то скрывают. Десяти жизней дракона не хватит и половины разгрести.

Нивалис понимающе улыбнулся и жестом предложил двигаться дальше. До таверны осталось пару шагов. Им обоим нравился Портовый город, нравилось здесь работать. Не всё, конечно, было гладко и просто, но, по крайней мере, всё не так удручающе, как в Приземье. Там, если разбираться в каждом случае, можно погрязнуть в расследовании любовного характера надолго. По распределению, после Академии, Нивалису и Нидхеггу досталась территория Портового Города и часть Приземья, но скоро, как говорил Нивалис, им отдадут Приземье полностью, так хорошо они работали.

Двое мужчин открыли скрипучую дверь в таверну. Перед глазами предстал совсем другой мир. На улице было спокойно, весело, даже слегка романтично. А вот внутри таверны…

Публика была здесь разношерстная. В углу заседали пираты, которые, видимо, только сошли на берег. За барной стойкой сидели распутные красавицы вокруг главного бандита Портового Города. Чего-чего, а развлекаться он умел. Его звали Бернард, для всех он был Берни "Холодный Глаз".

Но друзья называли его Бернард, и бандит принимал это за честь и уважение. Между прочим, так и было. Было в нем то, чего не было у многих в этом городе. Он был справедлив и честен, по меркам бандитов, конечно.

В таверне было много народу в этот вечер: от пиратов до полукровок орков и троллей. Кто-то пировал, кто-то глушил печаль выпивкой, кто-то встречался с клиентами. Под потолком таверны висели клубы разноцветного дыма.