Услуги некроманта

Говорили долго; словно и не было тут никого, кроме них. Так, как разговаривают люди, не видевшие друг друга без малого семьдесят лет.

Они не заметили, как некромант медленно подошел к ним; они никого не замечали.

Ансгар Фридрихович выпростал бледные в рассветном свете руки из-под плащ-палатки, покатал что-то в пальцах, раздавил. А потом воткнул каждому в плечо – жестом, каким медсестра вонзает шприц.

Тут же обе фигуры стали зыбкими, потускнели, начали исчезать – то ли в свете, то ли в темноте – рассыпаться.

И продолжали свой стихающий разговор, пока все, кто остался на поляне, не услышали жуткий, беззвучный крик – как будто всей Вселенной вправили давний болезненный вывих. И как будто Вселенная, глубоко тоскуя, так и не решила – хорошо это или плохо.

Татьяна тихо заплакала.

Доктор Мерц вернулся. Теперь, прислонившись к дереву и сложив руки на груди, он ждал, глядя в землю.

А Ваня следил, чтоб не погасли свечи воскрешаемого бизнесмена.

– Зато вы теперь точно знаете, что проживете еще сорок девять лет, – утешал Ваня воскрешенного.

 – А это не всем известно.

– Но как я буду спать с женой? – возмущался Павел Петрович. – Я ж холодный!

– Я уверен в том, – влез Ансгар Фридрихович с сермяжной правдой, – что ваша двадцатилетняя жена будет счастлива, не чувствуя больше необходимости разделять интимные услады с жирным и обрюзгшим самодуром. Ваших денег ей будет вполне достаточно для хороших отношений. А дети у вас уже есть.

Павел Петрович задумался, словно прислушиваясь к чему-то в своей голове.

– Этак, – пробормотал он, – я к старой жене вернусь…

Ваня насторожился. Характер Павла Петровича действительно несколько «повело». Вернуться к жене. Это ж надо.

– А друзья? – спросил клиент жалобно. – Мои друзья? Они же…

Ваня закрыл глаза. Вот, вот оно. Такие моменты он очень любил. За них он обожал шефа.

– Они тоже ничего не знают… Впрочем, так им и надо, христопродавцам! – прорычал Павел Петрович. – Присосались к матушке-России как клещи!

Он еще много говорил.

Детей, мол, с заграницы заберу – нечего им там делать. Пусть у себя дома прибираются. Новую жизнь строят. И еще он думал, что Ансгар Фридрихович фокусы показывает. Спор у них с другом вышел – правда это или нет. Вот Павел Петрович и решил победить в споре. А получилось, что проиграл. Но он не чувствует себя проигравшим. Его жизнь только начинается, он воин. Паладин, да.

Павел Петрович расплатился, пошел к машине. Остановился, окинул взором деревню.