Кто они

Я сомневаюсь, что сейчас, здесь, мы придём к какому-то компромиссу, поэтому давайте те, кто решит согласиться на опыт, чтобы получить свободу, пойдут завтра и подпишут договор, а те, кто предпочитает спокойно жить дальше, не взирая на угрозы Каролины, могут не делать ничего, а жить так же, как и до этого, – все переглянулись взглядами, и Адин согласилась:

– Я поддерживаю это решение, – Алекс и Джейсон также согласились, и Кэтрин сказала, вздыхая:

– Ладно, я, пожалуй, пойду, а то не хочется ещё раз оказаться в кабинете Каролины.

Мне хватило этого удовольствия сполна, – Кэтрин развернулась и пошла в свою палату, Адин присоединилась к ней через пару секунд.

Весь день не происходило ничего особенного. Всё было строго по расписанию: прогулка, посещение врачей, снова прогулка, еда. За всё время никто из компании: ни Джейсон, ни Адин, ни Алекс, ни Кэтрин, почти ни о чём не говорили. Это были обычные бытовые разговоры, по типу: «Подай, пожалуйста, вилку» или «Что-то пасмурно сегодня на улице».

Все были полностью погружены в свои мысли. Кэтрин даже почти забыла об Алексе. Но очень скоро снова вспомнила. Они так и не поговорили с того вечера. Кэтрин всё время думала о том, какое решение ей принять, и какое решение примет сам Алекс. Он ясно давал понять, что сделает всё, чтобы выбраться из этого жуткого места, под названием «психиатрическая больница». Да, формально, здесь было не так уж и плохо. Должно было быть, но по факту, это место стало просто тюрьмой для всех четверых, да и не только для них. Пациенты проживали каждый день одинаково. Менялся лишь пейзаж за окном: лето, зима, весна, осень. Кэтрин даже не помнила, когда последний раз она свободно могла гулять по парку, без контроля надсмотрщиков, одна. После попадания сюда, её жизнь разделилась на «до» и «после». Она всегда помнила свою жизнь «до». Она помнила, как это: гулять на природе, общаться с людьми просто так, от радости и хорошего настроения. Но, с другой стороны, она сама виновата в том, что попала сюда. Она должна была признать, что медленно сходит с ума. Кто знает, может, скажи она обо всём маме, та отправила бы её просто к психологу, и через пару месяцев Кэтрин была бы здоровой? Может, это не зашло бы так далеко? Но, случилось то, что случилось. Кэтрин попалась копам. И теперь, нельзя отмотать время назад. Можно только мотать вперёд. И Кэтрин решила чётко. Она сделает всё, чтобы избавить свою жизнь от вечного желания всё переделать, переиграть заново.