Сказка про сказку, или Брошенный роман

Не стоит тут некоторым знать, как действует на меня их близость.

У-у-у, подлые эльфы. Пользуются своим природным обаянием и вековым опытом. Ну ничего, мы тут тоже не пальцем деланные… Ой. То есть мы тоже не… Так, да что же пристал этот палец-то?! Хм, синоним, синоним…

– Помочь? – участливо спросил Элькерр, глядя на застывшее перо.

– Нет! – рявкнула я, закрывая текст на пергаменте руками. – И вообще, нечего тут подглядывать. У меня, может быть, есть личные мысли, не для всеобщего информирования, – выдала я.

Дроу рассмеялся, а я опять зависла. Мне казалось, в его смехе я слышу шелест весенней листвы в кронах деревьев. Будто ветер, играя листочками, передавал свою уникальную музыку природы, и у тебя есть возможность раствориться в ней, насытиться ей… А-а-а! Да когда же это закончится?!

Нет, определённо, надо меньше пить! Вот даже во сне и то мысли в одну сторону работают. О чём бы ни начала, а все мысли только о мужике и его необычной красоте, что завораживает и манит. А ведь я не люблю эльфов! Они высокомерные, самовлюблённые, хладнокровные эгоисты.

– Так, о чём я? – Пробежалась взглядом по последним строчкам и осталась довольна. – Ага, дальше мы засылаем, как его там… Блин… Слушай, а как бледного эльфа-то зовут?

Я подняла вопросительный взгляд на дроу, заодно ущипнув себя за ляжку, чтобы не впадать в очередное влюблённое оцепенение.

– Наследный принц лесного королевства Аленаринаэль, – подсказал тёмный.

Меня скрутило от смеха. Слёзы брызнули из глаз, а я не могла успокоиться, растирая их по щекам. Да, давно так не смеялась. Нет, а я-то, наивная, спрашивала Томку, чего она никогда полным именем эльфика не называла. Так, вскользь чиркнула где-то и всё, даже я не заметила.

– Алёна! – простонала я уже на полу. – Алёнушка… Я не могу, Алёна…

Элькерр заботливо поднял меня с пола и куда-то понёс. Но я продолжала тихонечко подвывать.

Дроу отнёс меня в комнату. Уже там усадил на кровать, так как стоять я не могла. Меня до сих пор сотрясал истеричный смех. Нет, ну надо было придумать парню имя. Теперь понятно, чего он бесится каждый раз, если подозревает, что его оскорбили. Тут любой стал бы таким высокомерным и отмороженным. Нервы, чай, не казённые. Алёна!.. Нет, надо спасать парня.