Взмах черного крыла. Часть 1. Своевольная наложница

У меня даже голова закружилась, и ноги ослабли. Ли отстранился, крепко прижимая меня к себе. Я не могла самостоятельно стоять, словно лишилась всяких сил.

– Вот так, птенчик, – ласково шепнул он. – А теперь тебе будет больно, но по-другому никак нельзя.

Его губы прикоснулись к моему лбу, и кожу словно обожгло калёным железом, а голову пронзила обещанная боль. Я закричала, попыталась вырваться из крепких объятий. Но липкая тьма стала заволакивать сознание, сменяя красные круги перед глазами. Наконец, Ли отстранился, придерживая моё обмякшее тело, но боль лишь разрасталась.

Мороз холодил кожу щёк, мокрую от влажных дорожек. Если бы я заранее знала, что будет так больно, я бы не решилась дать своё согласие.

– Это первый поцелуй, осталось два, – услышала я голос Ли, прежде чем моё сознание уплыло во тьму.

Глава 3

Никогда не думала, что просто открыть глаза может быть насто-о-олько тяжело: веки словно налиты свинцом, в ушах гул, от тошноты невозможно дышать, голова вообще неподъёмная… Я лежала на боку, а рядом шептались писклявые женские голоса:

– Госпожа красивая.

– Да, у хозяина безупречный вкус.

– Говорят, она полукровка.

– Да, он так и сказал.

– А она вкусная?

– Хозяин запретил даже думать об этом. А так попробовать хочется…

После последней реплики я с визгом подскочила на кровати и прижалась к её изголовью. Широко распахнув глаза, я в изумлении уставилась на двух… ворон, с любопытством рассматривающих, в свою очередь, меня! Меня хотят съесть вороны, одетые в белые фартуки и чепчики!? Комната, где я оказалась, более всего походила на роскошную спальню: кровать с изумрудным бельём и балдахином красного цвета, на стенах бледно-салатовые обои с восточным рисунком какого-то дерева и гор, возле окна деревянный шкаф, напротив него столик с овальным зеркалом и мягким стулом.

Но всё это отходило на второй план при взгляде на двух крупных ворон, стоявших возле деревянных резных створок дверей!

– Госпожа, успокойтесь, – помахала на меня крылом одна из птиц в белом чепце служанки, оглядываясь на свою товарку.

 – Хозяина разбудите.

Опешив, я замолчала. Правда, истинная причина была в том, что от собственного визга голос у меня здорово осип. Я осела на подушки, ошарашенно наблюдая за воронами, которые, смешно косолапя, деловито сновали по комнате. Я не понимала – это сон или явь? Как они со мной вообще разговаривали? Они же птицы!

– Скоро обед, вам стоит одеться, – заметила вторая ворона, покрупнее первой.