Анатом

Все понимали, что таким образом подпольщики – крысы – желают сделать себе имя, увековечиться во времени. Они не думают о народе, их цели не благородны, а мысли не чисты. Прикрываясь праведными мотивами, они творят свои страшные дела, не брезгуя средствами для достижения своих целей.

Никто не может предотвратить их существование, но и позволить им безнаказанно творить задуманное слишком опасно.

Князь Мухин был приверженцем старой власти. Истинный монархист, сын своего государства. Он был циничен и безжалостен, считая, что только деспотичность и беспощадность способны навести порядок в волнующихся массах недовольных.

Не всегда император оставался доволен действиями своего премьер-министра, но из уважения к покойному отцу не отстранял князя от должности, а полагался на его многолетний опыт.

Лев Александрович слыл среди народа тираном и деспотом, его боялись и уважали. За все время на занимаемом им важном мосту на него ни разу не совершалось покушений, не было предпринято даже ни одной попытки.

Только ли из страха перед последующей расправой, в том случае если покушение может не удаться, или из-за трепета, которое вызывало одно только его имя, никто точно не знал, но священная неприкосновенность князя всегда оставалась неизменной. Даже несмотря на то, что у князя было много врагов, как среди чужих, так и среди своих.

Если окажется, что Татьяна стала жертвой мести отцу, одному только Богу известно, на что пойдет князь, чтобы наказать виновных.

Всем было известно, что Татьяна была его единственной отдушиной.

Любимой и любящей дочерью. Ее убийство грозило обернуться катастрофой. Это ли было целью террористов или все случилось против чьей-то воли, и предстояло выяснить Иштвану.

– Я сам сообщу князю, – скорбно заявил Дмитрий Михайлович и вышел.

Без объяснения причины, бал спешно окончился и гости разъехались. Вскоре дом наполнился людьми в форме.

Убийство такой важной персоны подняло на ноги сразу нескольких высокопоставленных лиц, приближенных к царю. Среди них были генерал-адъютант Его Императорского Высочества – граф Ложкин, шеф жандармов Стравицкий, герцог Австрийский и лейб-доктор Его Императорского Высочества – Ларионов.

Иштван со всеми лично был знаком, по делам государственным встречаясь до этого случая не раз, но чаще всего ему приходилось встречаться с Ларионовым. Помимо того, что доктор был лейб-медиком императорского дома, он также занимался судебной медициной.

Только сам премьер-министр не смог прибыть.