Ретроспектива

Он не сводил с неё глаз, пока медленно расстёгивал пуговицы на рубашке правой рукой. Левая гладила Миру по бедру, уговаривая, усыпляя волнение.

– Покажись мне, – попросил он тихо. – Пожалуйста. Покажи себя.

Шёпот прозвучал откровеннее самых грязных слов, которые только существуют. Никогда ещё Мира не оказывалась в настолько трепетной и эротичной ситуации одновременно. Как под гипнозом её колени разошлись в стороны. Стыда она больше не испытывала.

– Прекрасна.

Ещё немного, и Мира воспарит от чувств. От необычайно заводящей сосредоточенности на ней.

На самых интимных уголках её тела.

Внутренней стороны бедра коснулась щека, а затем и дыхание. Мира потянулась к этому шелковистому теплу. Ощущение ожидания под кожей набухало, вибрировало. Мира сдавленно выдохнула, когда голова Теодора подобралась к ней вплотную. Она выгнулась в чужих руках с первым прикосновением языка. Мира думала, оно станет неожиданным. Как щелчок плетью. Но подманивающие поглаживания вверх и вниз оказались такими естественными, словно этот рот создан для неё.

Ей не приходилось подставляться навстречу. Ласка концентрировалась там, где нужно. Мягкая, но смелая, увлечённая, отдающая. С телом говорили начистоту.

От остроты ощущения Мира ёрзала головой. Нос зарылся в одеяло, пахнувшее отдушкой и чем-то знакомым.

Так пахнешь ты.

Её ватные ноги всё больше разъезжались в стороны. Каждый такой жест податливости встречался поощрительным поцелуем.

Касания становились настойчивее, проникали немного внутрь, а затем снова возвращались к эпицентру страсти.

Нос и подбородок Теодора тоже дотрагивались до самых чувствительных точек. Пальцы он не задействовал. Только кажущийся бархатистым рот. И когда его волнообразные движения стали посасывающими, Мира подумала, что ей стоит всерьёз опасаться этого человека. Ещё немного, и он её уничтожит.

Ты определённо знаешь, что делаешь.

Она поняла не сразу, почему её поясница так напряжена: таз немного парил над матрасом. Всё это время Теодор придерживал её ягодицы.

Позволял делать то, что ей было нужно в этот момент. Расслабившись, Мира полностью опустилась на его ладони.

Внутренние стенки сократились, запульсировали, ноги невольно согнулись в коленях. Маленький вихрь внизу живота рос, и Мира сжала Теодора, словно хотела вытолкнуть его. Твёрдой хваткой Теодор удерживал её бёдра раскрытыми, чтобы закончить. Вихрь закрутился сильнее, ещё и ещё, чтобы в следующую секунду рассыпаться на тысячу ощущений.