Черный код

Адвокат пристально взглянула на меня.

– Пока идет это дело, разбудите меня среди ночи, и я в ту же секунду отвечу «да».

– Пока идет это дело? А по-настоящему? Когда дело закончится?

– Когда дело закончится, вы, Анита, уже будете знать все сами.

Разговор затух сам собой. Вронская продолжала защищать интересы Макса, а меня – держать на расстоянии.

Когда из-за верхушек деревьев показалась крыша жилого строения, я невольно затаила дыхание. Дом, увиденный мной изнутри, снаружи оказался большим и серым, с темно-красной черепичной крышей.

Покрышки автомобиля зашуршали по гравию подъездной дорожки, а Вронская вдруг сдернула с шеи шарфик и бросила мне на колени.

– Анита, прикройте лицо.

– Что?

Я проследила за ее взглядом и увидела несколько автофургонов, похожих на тот, который преследовал нас с Сергеем вчера вечером. Люди с камерами и микрофонами скучали в ожидании кого-то или чего-то. Некоторые поглощали фастфуд. Другие болтали между собой. Скучающая девушка сидела на веревочной качели, укрепленной на нижней ветке ближайшего к дому дерева.

– Стервятники, – бросила Вронская, вытягивая шею, чтобы найти место для парковки.

Мне хватило вчерашнего столкновения, чтобы испытать солидарность с адвокатом. Хотя будь на моем месте Сергей, его бы встреча порадовала.

– Они… ждут нас? – я быстро накинула на голову шарфик, пахнущий терпкими духами Вронской, и обмотала его вокруг лица наподобие паранджи.

– Они просто ждут. Чего угодно. Пожалуйста, не вздумайте вступать в разговоры.

Каждое слово может быть использовано против нас.

– О, не волнуйтесь, – поспешила заверить я, – мне самой публичность сейчас ни к чему. Надеюсь, меня не узнают.

Едва машина остановилась, как люди бросились к нам. Защелкали вспышки фотокамер. Прикрывая голову руками, я выскочила из машины и бросилась к дому. Интересно, как хозяева относятся к такому дежурству под дверями? Неужели их это не напрягает? На секунду мне стало страшно, что если дело затянется, подобная вахта раскинется и возле моего жилища.

И тогда я точно сойду с ума.

– Без комментариев! Без комментариев! – кричала где-то за моей спиной Вронская, точно так же протискиваясь через толпу репортеров.

Наконец, мы вбежали в гостеприимно распахнувшиеся двери, а замок щелкнул, приглушая возбужденные возгласы и крики.

Я сняла платок и вернула его адвокату. Женщина, впустившая нас в дом, вежливо улыбнулась. Улыбка вышла кривоватой, но, приглядевшись, я поняла, что это ее природная особенность.